А к нему и макияж понадобился соответствующий: выразительные стрелки, подчеркивающие разрез больших карих глаз, и почти алая помада. Практически женщина-вамп. Что ж, вцепиться кое-кому в глотку я была бы не против. Эти мысли нашли отражение во взгляде, и глаза опасно сверкнули.
– Если у нас и будет какой-то физический контакт, так это то, что я его придушу, – усмехнулась я. – Голыми руками.
* * *
После разговора в спорткомплексе Лекс почти сразу решил встретиться с Элли. Подруга с самого детства, она всегда была рядом в трудные минуты. И когда-то занимала в сердце куда большее место, чем просто дружеское. Но Элли выбрала другого, и Лекс старался об этом не думать.
Они решили встретиться в старом парке. Элли надела платье шоколадного цвета, идеально подходящее к глазам. Таким же карим… как у Лары. Лекс слегка тряхнул головой, отгоняя наваждение.
Он и Элли расположились под раскидистым кленом. Она внимательно все выслушала, задумчиво постукивая кончиками пальцев по скамейке.
– И что ты собираешься говорить ей сегодня? – Элли склонила голову набок, и ветерок взъерошил короткие темные волосы.
– Да что тут разговаривать?! – Лекс подорвался с места, проходя туда-сюда вдоль скамейки. – Я имею право участвовать в жизни своей дочери! А если Лара станет на пути, значит, отберу через суд или…
Элли встала со скамейки. Медленно, степенно, благородно. В этом спокойствии всегда была какая-то особая сила. Лекс притих, глядя на невозмутимое лицо Элли, ловя ее эмоции лишь по небольшим деталям: чуть сдвинутым бровям, немного горькому взгляду.
– И тебя возненавидят обе, – негромко сказала она. – И Лара, и ребенок. Девочка жила с матерью семь лет. Ты ей – чужой человек.
– Вот именно! – Лекс стиснул кулаки. – А все стараниями Лары! Черт возьми, она могла со мной связаться! Это я не знал даже ее фамилии, только номер телефона, который она тогда еще и поменяла! А Ларе ничего не стоило позвонить и…
– И как бы это выглядело? – рассудительно заметила Элли, посмотрев в глаза. – Как будто она клянчит у тебя помощь. Выпрашивает алименты. Ждет подачек.
Он вздохнул, отводя взгляд, по-прежнему сжимая пальцы в бессильной злобе.
– Но это же не повод скрывать от меня ребенка, – глухо заговорил Лекс. – Элли, я же не видел ее первых шагов. Не слышал первого слова. Черт, да она, вообще, слова «папа» толком не знает! Это неправильно!
Не сдержавшись, он ударил кулаком по стволу дерева. Так и остался стоять, упершись лбом в сгиб локтя. За спиной послышались тихие шаги. Элли осторожно дотронулась до плеча, и Лекс поднял голову.
– Значит, постарайся поступить правильно хотя бы ты. Найди подход к Ларе. И сможешь общаться и с малышкой. Я все понимаю и знаю, какой ты. Тебе всегда легче напролом, через трудности, но по-честному. Но здесь… схитрить будет куда действеннее, – Элли слегка улыбнулась, и искристо-карие глаза на миг напомнили лисьи. – К тому же, эта Лара ведь тебе нравится, правда?
Она легонько ткнула Лекса в бок локтем. Пришлось более-менее оживиться и улыбнуться этой чертовке. Сложно было поверить, что у нее у самой – малышка-дочь. Глаза вон засветились, как у первоклашки на сказке про любовь!