Глава 8
Утром я проснулась раньше будильника. Ночь вообще прошла странно, я ворочались, думала, дремала. Сейчас лежу смотрю в потолок и пытаюсь понять, спала ли я сегодня и почему внутри такая пустота. Потом вспомнила вчерашний вечер и захотелось сразу закрыть глаза. Интересно, если пролежать так достаточно долго, может ли вчерашний вечер оказаться дурным сном, но память моя услужливо подбрасывала детали одну за другой. Витя, который не мог смотреть мне в глаза. Это его наитупейшее признание. И дверь, которая закрылась за ним. Я резко села на кровати и провела ладонями по лицу, пытаясь взбодрить себя. В квартире стояла непривычная тишина. Раньше я её любила. Сегодня она давила на меня со всех сторон, даже казалось, что у меня в ушах звенит от неё.
Каждый угол тут напоминал о нём, ведь ещё вчера был неотъемлемой частью моей жизни. На кухне стояла кружка, из которой он любил пить кофе по утрам. На вешалке висела старая толстовка, которую он однажды забыл после поездки за город. Даже его зубная щётка в ванной всё ещё находилась на своём месте. Начинаю истерично смеяться от осознания, что три года отношений могут закончиться за один вечер, а вещи продолжают жить своей жизнью словно ничего не произошло.
Я открыла шкафчик в ванной и долго смотрела на синюю зубную щётку. Потом выбросила её в мусорное ведро с глаз подальше. И почему-то именно после этого разревелась снова.
На работу я приехала с красными глазами и головной болью. Лена заметила это сразу. Стоило мне опуститься в кресло, как возле стола появилась кружка с кофе.
– Держи это тебе. Взбодрить!
Я подняла взгляд.
– Спасибо.
– Не благодари. Ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик.
– Хех, я чувствую себя примерно так же.
Лена присела на край соседнего стола.
– Ну?
Я знала, о чём она спрашивает. И всё равно несколько секунд молчала слова словно застревали где-то внутри. Будто если произнести их вслух, станет ещё больнее.
– Оказалось он мне изменял.
Лена шумно выдохнула.
– Скотина.
– Да.
– И давно?
– Представляешь несколько месяцев.
На её лице отразилось искреннее возмущение.
– Ника, я его даже не знаю, но уже хочу бросить в него стул.
Несмотря ни на что, я улыбнулась. Её поддержка пришлась очень кстати.
– Спасибо.
– За что?
– За желание помочь.
Лена вздохнула.
– К сожалению, убийства запрещены законом.
– Какая жалость.
– Очень.
Мы посмотрели друг на друга и одновременно невесело усмехнулись.
Иногда даже несколько простых слов помогают не развалиться окончательно.
Работать оказалось сложнее, чем я думала. Каждые десять минут мыслями уносилась куда-то далеко от таблиц и отчётов. Я зачем-то вспоминала, как мы познакомились, как снимали первую квартиру, делали ремонт и ссорились из-за цвета стен. Да даже буквально недавно строили планы на будущее. И в голове так и крутился один и тот же вопрос: когда же именно всё сломалось?
Конечно и другие вопросы меня мучали:
Когда он начал смотреть на другую женщину?
Когда понял, что больше не любит?
Или любил, но всё равно предал?
Последний вариант почему-то причинял ещё больше боли. Потому что тогда получалось, что любви недостаточно.