Даже её.
После обеда Пётр Иванович вызвал меня к себе. Обычно это вызывало моё раздражение. Сегодня я просто устало поднялась со стула, у меня даже сил злиться не осталось и устало плелась к нему в кабинет. Он что-то говорил о новых документах, сроках и таблицах.
Я слушала. Вернее честно пыталась слушать, но в какой-то момент поймала себя на том, что пропустила половину нашего разговора.
– Лунина.
Я подняла голову и посмотрела на начальника.
– Да, вы что-то сказали?
– Вы меня вообще слушаете?
В кабинете повисла тишина. Пётр Иванович смотрел на меня недовольно.
Я чувствовала себя школьницей, которую поймали на невнимательности.
– Простите, пожалуйста.
– Что происходит?
Вопрос застал меня врасплох. Наверное, потому что прозвучал почти по-человечески. От него я совсем не ожидала человеческого отношения.
– Ничего.
– Выглядите вы иначе.
Я сжала пальцы не хватало ещё обсуждать с ним свою личную жизнь.
– Просто плохо спала.
– Тогда рекомендую научиться отдыхать в свободное время.
Но неожиданно мне стало смешно. Настолько нелепо прозвучала эта фраза. Пётр Иванович нахмурился ещё сильнее. А я впервые за день почувствовала, что могу дышать.
Ближе к вечеру по офису снова прошла знакомая волна напряжения. Сотрудники занервничали, быстро свернули нерабочие переписки и сделали вид, что очень заняты работой. Я даже голову поднимать не стала и так всё было понятно. Шеф приехал. За последние недели моей работы тут я уже успела заметить интересную особенность. Ему не нужно было ничего говорить, повышать голос или демонстрировать власть. Его присутствие ощущалось само по себе. Я продолжала смотреть в монитор и думать, честно сказать особо даже не изображая работу, пока возле моего стола не остановились. Только тогда я отвлеклась от мыслей своих и подняла голову. Правда почти сразу же пожалела об этом, потому что встретилась взглядом с Яном.
Всего лишь на секунду, но именно в этот момент он, кажется, заметил мои опухшие глаза. Для человека, который обычно проходил мимо сотрудников, не замечая никого вокруг, он слишком внимательно меня разглядывал. Я первой отвела взгляд. Почему-то мне стало ужасно стыдно, словно он увидел что-то личное, что я пыталась спрятать.
Буквально через мгновение шаги стали удаляться. Ух, он ушёл.
А я ещё долго смотрела в экран, не понимая, что именно меня так выбило из равновесия. Не сам взгляд, скорее то, что в нём не было привычного холода.
Домой я возвращалась уже в темноте.
В окнах соседних квартир горел свет.
Люди готовили что-то на своих кухнях, смотрели что-то по теликам в окно светились, а я слонялась по двору своего дома и боялась заходить домой. Ведь там меня никто не ждал, там одиночество и тишина. Пересилила себя и пошла домой. Я открыла дверь, и замерла посреди прихожей. Снова эта проклятая тишина. Раньше я никогда не замечала, насколько громкой она бывает.
Телефон оглушающе завибрировал, я даже вздрогнула. На экране появилось имя Вити. Я смотрела на него несколько секунд. Потом сбросила вызов. Через минуту пришло сообщение от него.