— Странно.
— Вот именно.
Тон у него был таким, словно я лично организовала финансовый кризис в холдинге.
— Я проверю.
— Проверяйте быстрее! Через два часа документы должны быть у руководства.
Я вернулась за свой стол, сердце неприятно колотилось. Непонятная ситуация и надо в ней разобраться, как можно скорее. Не люблю неточности и когда это на меня давит. Ошибки, конечно, случались особенно, когда работаешь с большим объёмом информации, но именно сейчас она была совсем некстати.
Я открыла файлы и начала искать причину. Минут через десять поняла, что дело совсем не в моих данных. Кто-то внёс изменения в общую базу уже после того, как я подготовила свой отчёт на их основе. Причём сделал это без уведомления сотрудников. Видимо кто-то решил исправить свою ошибку в тихоря и от этого всё завертелось.
— Вот же невезение.
— Что у тебя случилось? — спросила Лена.
— Кажется, кто-то решил мне жизнь усложнить.
Она подкатила кресло поближе и мы вместе просмотрели документы. Через несколько минут Лена нахмурилась.
— Тут точно не твоя ошибка.
— Я тоже так думаю. Только, сама понимаешь, Петру Ивановичу это объяснить будет сложно. Именно это меня беспокоило очень сильно. К полудню ситуация стала ещё неприятнее, потому что выяснилось, что документы уже ушли дальше по цепочке на согласование. Это значит, если проблему не исправить сейчас, она всплывёт на совещании. Причём перед людьми, которых ошибки не образуют даже сильнее, чем Петра Ивановича.
Я лихорадочно перепроверяла цифры, когда на почту пришло новое письмо с приглашением в переговорную через двадцать минут по проекту «Атлас».
Я закрыла глаза. Просто замечательно. Лучшего момента, конечно, придумать было невозможно. Когда я вошла в переговорную, почти все уже были на местах. Ян Хан сидел во главе стола и просматривал какие-то документы. Рядом находились руководители нескольких направлений. А ещё Пётр Иванович, который посмотрел на меня так, будто заранее приготовился наблюдать катастрофу. Мерзкий тип, настроение моё сразу стало ещё хуже.
Как ни странно, но совещание началось спокойно. Обсуждали обычные вопросы: бюджеты, сроки и прогнозы.
Я старалась сосредоточиться на разговоре, но мысли постоянно возвращались к моему несчастному отчёту. "Удача" мне как обычно не изменила, именно в этот день обсуждение дошло до тех самых данных. На экране появилась та самая таблица с ошибкой. Я почувствовала, как внутри всё холодеет. Пётр Иванович первым подался вперёд в нетерпении.
— Здесь есть расхождение по цифрам.
Спасибо, будто кто-то мог не заметить. Несколько человек нахмурились и начали перелистывать документы. Я уже морально готовилась услышать всё, что обо мне думают другие.
— Вероника? — произнёс один из директоров.
Я выпрямилась с виноватым видом.
— Расхождение возникло после обновления базы. Сейчас я проверяю источник изменений.
Пётр Иванович усмехнулся не слишком заметно, но я увидела.
— Проверяете уже несколько часов. Медленно же вы работаете.
Я вдохнула и выдохнула, моля себя только бы не сорваться и не сказать то, о чём потом пожалею. Убеждала себя мысленно не ломать дров, хотя бы сегодня. Неожиданно мои мысли были прерваны, заговорившим Яном Ханом.