— Если не управимся, перенесём вторую часть на следующую неделю. Просто это действительно важная тема, которую молодым терапевтом точно стоит усвоить.
— От молодого терапевта слышу, — хохотнул Ватанабэ. — Согласен, даю добро на это мероприятие. И, кстати, усвоить её нужно не только молодым. Специалисты старой школы пусть тоже повторят. А то, к великому сожалению, некоторые до сих пор путают между собой остеохондроз, изжогу и инфаркт.
А для врачей такое непозволительно. Дело в том, что с тем же инфарктом можно спутать чуть ли не два десятка заболеваний. Некоторые из них куда безопаснее, чем нарушение кровообращения в сердечной мышце. Но некоторые, наоборот, даже страшнее, чем инфаркт. Важно уметь их отличать друг от друга.
Но об этом позже. Пока что нужно разобраться с Инодзаки Томурой.
Мы с Ватанабэ Кайто вошли в конференц-зал, где уже сидела гастроэнтеролог Тачибана Каори, онколог Кишибэ Банджо, и инфекционист Окабэ Акира.
— Приветствую, коллеги, — поклонился я собравшимся и присел за овальный стол вместе с заведующим. — Пациента вам уже представили?
— Да, — кивнул Окабэ Акира. — Тачибана-сан рассказала, что произошло с Инодзаки Томурой, но нам всем было бы интересно узнать начало истории из ваших уст. С чего всё началось?
Я кратко пересказал, как Инодзаки пришёл ко мне на приём и попал в терапевтическое отделение. И эта история лишь добавила новых вопросов.
— Значит, жалоб у него никаких не было, — задумался Кишибэ Банджо. — Только слабость… Любопытно. Хотя судя по новым заключениям эндоскопистов, кишечник должен был его всерьёз побеспокоить.
— Я, кстати, до сих пор не видел их настоящего заключения, — подметил я. — Не мог бы кто-нибудь передать мне распечатку протокола колоноскопии?
Тачибана Каори протянула мне листок, и я бегло пробежался по описанию толстого кишечника пациента.
Язвы. И огромное количество рубцовой ткани по всему кишечнику. Странная картина. Будто Инодзаки перенёс тяжёлое воспаление, но почему-то об этом умолчал. В целом, это очень даже логично…
— Коллеги, пока не знаю, какие вы уже выдвинули предположения, но я хочу озвучить своё мнение, — произнёс я. — Судя по этой картине, Инодзаки Томура не рассказал о жалобах на кишечник, поскольку уже перенёс острый период заболеваний несколько месяцев назад. Об этом можно судить по рубцовой ткани. Однако деятельности желудочно-кишечного тракта нарушилась, он перестал нормально усваивать пищу, отчего и появилась тяжёлая анемия.
— Разумное объяснение, Кацураги-сан, — кивнул Окабэ Акира. — Но почему же он тогда впал в кому?
А вот это особенно странный момент. Он не вписывался в истории болезни. Кровь, кишечник, мозг — как все эти части организма могут быть взаимосвязаны.
На самом деле, вариантов может быть несколько. Либо одна из язв настолько разрослась, что в итоге повредила артерию и Инодзаки, потеряв много крови, оказался в крайне тяжёлом состоянии. Либо что-то из кишечника попало через кровь в его головной мозг. Но что?
— Тачибана-сан, а МРТ головного мозга ему уже сделали? — уточнил я.