— Простите меня, Тендо-сан, — произнесла она, потянувшись к своей сумочке. — Наверное, я лучше пойду.
— Стойте, — твёрдо сказал я. — Останьтесь, нам нужно поговорить.
— О чём, Тендо-сан? — подняла голову она. Её глаза покраснели от слёз. — Да, я обманула вас, ввела в заблуждение! Подала всё так, будто я абсолютно свободная женщина. Но я… Я действительно хочу быть свободной, просто не могу никак от него избавиться!
— Успокойтесь, Сайка-сан, — произнёс я, подключив «харизму».
Я всегда вливаю магию в это слово, чтобы утешить пациентов и сгладить углы в разговоре.
— Я уже понял, что вы здесь ни при чём, — кивнул я. — Объясните, в чём проблема? Почему он так себя ведёт?
— Да не должно быть это ещё и вашей проблемой, Тендо-сан, — вздохнула она. — Если хотите, чтобы он простил вам эту выходку, просто забудьте, что были со мной знакомы — и всё. Я не хочу, чтобы из-за встречи со мной вы испортили себе жизнь.
— Нет уж, Сайка-сан, — усмехнулся я. — Уже поздно. Я не могу это просто так оставить. Поэтому расскажите, что случилось между вами. Мне нужно досконально знать все детали, чтобы дальше я мог правильно действовать.
— Тендо-сан, может быть, вы сначала отпустите этот дурацкий рукав? — хохотнула Сайка.
Точно, я до сих пор не смог разжать пальцы, но оторванный рукав пиджака всё же вытащить из их хватки могу.
— Не обращайте внимания, переборщил немного, — ответил я. — Он слишком сильно меня взбесил.
— Я заметила, — удивлённо кивнула она. — Могу поклясться, что видела на его рубашке следы крови.
— Ничего страшного, видимо, кожу немного содрал, — успокоил её я.
А точнее, размозжил. Не самая приятная рана. Заживает она долго.
— Поймите меня, Тендо-сан, меня практически принудили вступить в этот брак, — призналась Сайка. — Мой отец — бывший директор одного из Токийских театров. Однажды он свёл меня с Ичиро, заранее убедив того, что я стану его женой. Хотя я об этом ничего не знала. Они оба обрабатывали меня, твердили, что это необходимо для моей карьеры. Ещё и мать… — Сайка вздохнула. — Говорила, что любить человека до брака не обязательно. Это чувство, якобы, придёт само по себе. Потом! Но нет. Не пришло.
— Он плохо с вами обращался? — поинтересовался я.
— Наверное, не стоит так говорить, но… Думаю, вы и сами всё поняли, — ответила девушка. — Ичиро важен только статус. И я ему нужна исключительно для этого. Причём сам он в культуре и уж тем более в театре не разбирается совсем.
— Я уже догадался. То, как он обозвал ваш мюзикл, взбесило меня больше всего. Сразу видно, что человек ничего не смыслит в искусстве. Хотя… Знаете, я и сам мало что знаю, кроме медицины. Но увидеть прекрасное в вашей игре всё же смог.
— Я знаю, Тендо-сан, и очень это ценю, — с грустью в глазах улыбнулась она. — Простите меня ещё раз. Не знаю, на что я надеялась… Он не даст нам покоя. Я уже начинаю жалеть, что пошла в этот чёртов театр! Если бы решила стать каким-нибудь экономистом или… Да кем угодно! Мне бы не пришлось с ним встретиться.
— Знаете, Сайка-сан, на мой взгляд, вы сейчас оскорбляете сами себя, — заключил я. — То, как вы играете на сцене, повторить может не каждый. Это не просто отточенное мастерство. Оно у вас врождённое. Те же голосовые связки. Не каждому дано так их натренировать.