— Зелёный? — Магнус улыбнулся. — Там была столовая. «Кафе», как её называли в экипаже станции. Там все обедали, причём все вместе… В смысле, я и преподаватели, остальные члены экипажа посменно трудились, и у них было своё расписание.
— И много их было? — спросил я.
— Я не знаю, — кисло ответил Магнус. — Я никогда этим не интересовался, это… Не входило в зону моих интересов, скажем так. Профессор Ребит, когда мы бежали отсюда, слегка ввёл меня в курс дела, сказал, что экипаж в сумме составлял тридцать семь человек, а сама станция состояла из пятидесяти обособленных отсеков.
— Пятидесяти? — эхом отозвался капитан. — На тридцать семь человек⁈
— Ну, логично! — спокойно ответила ему Пиявка. — Это же была станция не только и не столько для Магнуса, сколько для других детей проекта «Спираль». Нужны были помещения для их зачатия, выращивания, для их рождения… Генетические лаборатории, опять же, разные. В общем, это не тот случай, когда небольшой экипаж равно небольшая станция.
— Ну в общем-то да, — согласился Магнус. — Когда Ребит рассказывал об этом, он сказал, что станция в длину почти километр, а в ширину, если считать в самом широком месте — двести метров, и всё это в вертикальной компоновке. Эдакая игла, на которую надели широкий диск и подвесили в космосе… Ну, он мне так рассказывал.
— А сам ты, надо понимать, никогда станцию снаружи не видел?
— Да каким образом? — Магнус развёл руками. — Иллюминаторами тут, сами видите, не балуют. На прогулку наружу меня не водили. Да и вообще мне только в двенадцать рассказали, что на самом деле я живу на станции, а вокруг есть целый другой мир. Правда с завидным упорством при этом стращали, что мол мир этот опасный, полный чудовищ и злых людей, так что мне в нём делать нечего. Вместо этого, мол, мне нужно сосредоточиться на своём предназначении — ну, том, для которого они меня готовили.
— И когда улетал, ты тоже не видел станцию снаружи?
— Нет. Когда я проник на борт кораблика профессора Ребита… Ну, я думаю, что это был его кораблик. Так вот, когда я туда проник, он сразу же запустился и полетел прочь от станции на такой скорости, что у меня чуть глаза из орбит не вылезли. А когда перегрузка спала, оказалось, что ничего уже не увидеть — слишком далеко я в тот момент был.
— Значит, что произошло со станцией, ты тоже не знаешь? — задумчиво спросил капитан. — Почему она превратилась… в это.
— Без понятия. Но точно не из-за меня, — усмехнулся Магнус. — По крайней мере, когда я отсюда сваливал… Ну, сказать, что тут было спокойно в тот момент — это, конечно, будет неправдой, но и ничего похожего на тотальную аннигиляцию не происходило тоже. Да, была тревога, да, нас пытались остановить, профессор даже перестреливался с персоналом станции… Но чтобы потом она превратилась в мелкий конструктор для детей старше трёх лет… Я сомневаюсь, что он в одиночку мог подобное провернуть. Он мало был похож на…
Магнус глянул на меня так коротко, что через бликующий от фонариков визор шлема я едва смог это заметить, и закончил:
— На того, кому это под силу.