— Ну если тебе так хочется поработать на благо бала, присоединяйся сейчас, — широко улыбнувшись, предлагаю я.
— Правда? — тут же загорается Рина, и её лицо освещает счастливая улыбка. — А что нужно делать?
— Проинспектировать склады на предмет выполнения моих заявок, — бодро докладываю я, надеясь, что такое скучное и монотонное занятие не придётся Рине по вкусу.
— Ух ты! — в восторге восклицает подруга и даже в ладоши хлопает. — Никогда такого не делала. А нам можно на склад? — задаёт вопрос Рина, уже слетев с платформы и устремившись вперёд по коридору.
— Мне всё можно, — хмуро отвечаю я и, посмотрев на брата, продолжаю: — Так и будешь стоять? Она ж не в ту сторону унеслась! Выковыривай её потом из вольера с какой-нибудь особо опасной тварью.
— А там зверинец, что ли⁈ — басит брат и моментально срывается с места. — Ты чего мне сразу не сказала?
Я даже ответить не успеваю, как массивная фигура Росса сворачивает за угол. Хлопнув ладонью по лицу и силой растерев его, я в который раз убеждаюсь, что с этим балом легко не будет. И окружающие, кроме Игниса и девочек, никак не хотят облегчить мне работу. Ну вот откуда я знала, что Росс, проучившийся в «Рокморе» пять лет, не знает, где у них зверинец? Чем он тут вообще занимался, кроме спеллкрафта?
Стою на площадке в ожидании ребят и поглядываю на часы. Время позднее, а я мечтала пораньше лечь спать. Но мой сон в планы Рины, видимо, не входит.
— Да что ты говоришь? — слышу восхищённый голос подруги. — У них алмазные зубы?
Холодок пробегает по позвоночнику. Всё-таки Рина добралась до зверинца. Надеюсь, в клетку‑то она не сунулась.
— Да, — басовито отвечает Росс, и они вдвоём показываются в конце коридора. — И очень острые!
— Но красивые какие! — влюблённо комментирует подруга и, заметив меня, бросается вперёд. — Моника, представляешь, у вас тут держат ночных саблекотов!
У меня дёргается глаз. Это замечает Росс и спешит меня успокоить:
— Ничего не случилось. Я успел спасти малышей.
— Малышей? — сиплю я.
— Ну да. Они как увидели Рину, входящую в клетку, так от шока на задницы сели и в дальний угол отползли. Не привыкли, что их не боятся.
К одному дёрнувшемуся глазу присоединяется второй.
— Моника, с тобой всё хорошо? — обеспокоенно уточняет подруга. — Ты как-то странно моргаешь.
— Это у неё мозг закоротило, — ржёт Росс и тут же огребает от меня кулаком в плечо. — Ай! Да у меня там уже привычная гематома, Мон!
— Ты целитель, вылечись, — советую я и, сделав умиротворяющий вдох-выдох, продолжаю: — Так, ноги в руки — и за мной. По коридорам не шляться, идти след в след. Ясно?
— Так точно, командир! — салютует мне в ответ Росс, а Рина, подражая ему, так же прикладывает руку ко лбу.
Закатываю глаза, моля Единую матерь послать мне серьёзных помощников. Даже Игнис с его вечными подколами и прозвищами на фоне брата и подруги кажется эталоном стабильности и порядка.
Развернувшись, я выбираю нужный коридор и молча шагаю вперёд. На парочку приключенцев даже не оглядываюсь. Если заблудятся, это их проблемы. В конце концов, магистр Фура помер же не в местных лабиринтах, и эти не пропадут.