— Добро пожаловать! Меня зовут Аверьян Германович, я буду вашим сопровождающим на время олимпиады. По всем интересующим вопросам можно обращаться ко мне, и я постараюсь на них как можно скорее…
— А жрать когда дадут? — тут же спросил Саня с невинным взглядом.
Аверьян растерялся, принялся глотать воздух ртом и хмуриться в его сторону.
— Нам бы отужинать, Аверьян Германович, — улыбнулся я. — Мы только с дороги, проголодались.
Тот «перекус» в подставном мотеле можно в расчёт не брать. Я так и вовсе там не стал ужинать, поэтому сейчас готов был сожрать и Гризльва, так что монстру повезло, что он поджарился недостаточно для шашлычного аромата, да и мой голод к тому времени не слишком разошёлся.
— Д-да, конечно, — покивал Аверьян. — Прошу за мной, для начала вас всех разместят, а затем и поужинать можно…
В общем, нас отвели в номера, причём одноместные, комфортные. Парни были в восторге. Кроме Егора, Вадима и Тихомира, которые по причастности к аристократическим семьям подобные штуки видели не раз.
Мне досталась комната в учительском крыле. Просторная, с широкой мягкой кроватью и даже с камином.
— Ого, вот это апартаменты, — присвистнул я. — И что, это у каждого препода такие хоромы?
— Нет-нет, — улыбнулся Аверьян. — Это особая палата, она для первого прибывшего. Ваши ученики также расположены в особом крыле.
— Значит, мы первые, — хмыкнул я. — Прикольно.
— М-да, кхм, — немного нахмурился Аверьян. — Действительно… прикольно. Вот, кстати, расписание олимпиады, Сергей Викторович.
Я взял брошюру в кожаном переплёте и быстро пролистал. Затем поблагодарил и отправился вниз.
Ужин тоже порадовал. Нас отвели в просторный зал с несколькими длинными столами из тяжёлого разломного дуба, который сам по себе как раз подходил под трапезу с участием моих бесят. А то я уж переживал, что замок отстраивать за свой счёт придётся, хе-хе.
Яства соответствовали обстановке. Запечённая с апельсинами утка, котлеты, свиные отбивные, картошка, батат, паста разных видов, овощи в рагу, обжаренные, отваренные, морсы, компоты, чаи и…
Короче, всего и много. Парни накинулись на еду, будто впервые видели эту самую еду.
Я и сам отведал утку. Мясо не таяло во рту, а наоборот, позволяло прочувствовать структуру, сочность на зубах. Апельсиновые нотки подчёркивали вкус мяса, а запечённая с паприкой картошка отлично накладывалась на всё это дело.
И вот мы набили животы, я осушил кружку с облепиховым морсом, откинулся на спинку стула и улыбнулся приятной тяжести, которая скоро превратится в энергию. И вдруг высокие двери зала с грохотом отворились.
— Аверьяшка!! — громогласно воскликнул вошедший. — Накрывай на стол и готовь мои особые покои! Мы прибыли первыми, как и всег!.. — тут он резко прервался и уставился прямо на нас, — … гда-а… Не понял.
Это был высокий мужчина лет сорока, с русыми волосами, гордой осанкой, широкой грудью и волевым лицом. Которое, правда, сейчас вытянулось не то в удивлении, не то в возмущении.
И пока он тупил, лупя на нас глазами, позади с шумом появилась толпа учеников. Тоже восемь человек, явные аристократы самых что ни на есть голубых кровей. Они не сразу заметили замешательство своего учителя и даже прошагали немного вперёд него, пока не увидели моих довольных от сытости ребят и замерли точно с такими же выражениями удивления и возмущения.