— Да.
— Если это не очередной королевский приказ.
— Просьба.
— Тогда останусь.
Эрвейн не двинулся сразу.
Дал мне время передумать.
Это было настолько в его новой манере, что я сама сократила оставшееся расстояние.
Он коснулся моей щеки.
Медленно.
Я не отступила.
Тогда он поцеловал меня.
Без спешки.
Без необходимости что-то доказывать.
Первый поцелуй оказался совсем не похож на те великолепные моменты, которыми обычно заканчиваются красивые истории.
У меня затекла шея.
Его рука неловко задела край моей косы.
Я чуть не наступила ему на сапог.
И все равно не хотела, чтобы он останавливался.
Когда мы наконец отстранились, Эрвейн посмотрел на меня так серьезно, что я рассмеялась.
— Что?
— Ничего.
— Вы только что рассмеялись после…
— После поцелуя. Да.
— Это плохой знак?
— Нет.
— Тогда почему?
— Потому что вы опять пытаетесь все проанализировать.
— Вы заразили.
— Эту фразу вы уже использовали.
— Значит, виноваты тем более.
Я вспомнила.
— Кстати.
— Что?
— А приговор?
Эрвейн не сразу понял.
— Какой?
— Семь дней назад ты обещал его вынести.
Он посмотрел на меня.
Потом на деревянного грифона на столе.
— Виновна.
— В чем?
— В том, что теперь мне придется всю жизнь выслушивать женщину, которая спорит с королем.
Я улыбнулась.
— Тяжелая судьба.
— Именно.
— Могу уехать.
— Нет.
Слишком быстро.
Я подняла брови.
— Это уже приказ?
— Нет.
Он взял меня за руку.
— Испуг.
— Тогда прощаю.
— Щедро.
Мы снова замолчали.
На этот раз молчание не требовало объяснений.
За окном темнел двор.
Где-то далеко от комнаты находились семь животных, которые больше не отвечали за корону.
Эстран собирал свои записи.
Совет переписывал старый закон.
Через шестнадцать дней Эрвейн станет королем.
А завтра утром мне предстояло объяснить Маэне, почему новая должность называется совершенно непригодно и почему я собираюсь ее переименовать.
Нормальная жизнь здесь явно не обещала быть спокойной.
Но впервые с того момента, как я открыла глаза в церемониальном зале, мне не хотелось искать выход.
Я знала, где буду завтра.
И рядом с кем хочу остаться.
Эпилог Когда выбирают сами
Год спустя Варгис научился открывать боковые ворота без посторонней помощи.
Не замок.
До замка он, к счастью, не добрался.
Грифон просто вставал перед створкой и ждал, пока кто-нибудь из смотрителей поймет намек.
Первое время люди торопились выполнить его желание. Потом Маэна запретила.
— Он прекрасно умеет ждать, — заявила она. — А вы прекрасно умеете портить грифона.
Варгис выслушал это с привычным спокойствием и лег перед воротами так, что открыть их все равно стало невозможно.
— Видите? — сказала я.
— Что?
— Он нашел второй способ.
Маэна посмотрела на меня.
— Еще слово, и объяснять ему правила будете сами.
— Я и так руковожу этим местом.
— На бумаге.
— Оскорбительно.
— Зато честно.
За год мы мало изменились.
Звериный двор изменился значительно сильнее.
Старые металлические линии сохранились только там, где их нельзя было убрать без повреждения стен. Все тяги, способные передавать сигналы в сектора животных, сняли. Часть механизма из западной башни перенесли в бывший церемониальный зал.