— Я вас понял, — прошипел он, с силой хватая свой паспорт со стойки. Его рука дрожала. — И всё же, как мне тогда гасить ваш кредит? Ведь мои счета заблокированы.
— Эм… Секундочку, я должна проконсультироваться с руководством.
Елена ушла, после чего вернулась минут через пять в компании руководителя — женщины лет пятидесяти в строгом костюме.
— Простите, уважаемый клиент, — начала с наигранно-виноватым видом начальница, — но пока наложены ограничения на ваши счета, вы не сможете гасить кредит.
— Значит, вы меня освобождаете от его уплаты? — иронично вопросил Кайн.
— Нет-нет, — покачала начальница головой из стороны в сторону. — Это не освобождает вас от уплаты… Но и платить вы за него не сможете.
— Потрясающе! — саркастично усмехнулся Кайн. — То есть, вы сами же препятствуете мне в погашении задолженности, а потом наверняка станете через суд требовать неустойку… Похоже, мне предстоит не одно судебное дело, а два — и одно из них против вашего банка. Я требую предоставить мне бумагу, в которой ваш банк даёт мне официальный ответ о том, что я не могу гасить свою задолженность.
— Мы не можем вам предоставить такой документ, — скривилась начальница, словно съела ящик лимонов.
— Вы только что об этом сказали, а бумагу дать не можете? — прищурился Кайн. — Нет уж! Вы обязаны мне предоставить официальный ответ, почему не желаете брать мои деньги! Пока я не получу бумагу, я места не сдвинусь.
— В таком случае мы вынуждены будем вызвать полицию, — заявила начальница.
— В таком случае я вынужден буду вызвать журналистов, своего адвоката и также полицию. Вы мне всё равно в итоге предоставите документ, но в таком случае сделаете это после громкого скандала, который будет освещён в прессе и нанесёт вашему банку репутационный удар.
— Ладно… — чуть ли не со скрежетом зубов выдала начальница. — Лена, напиши ему официальный ответ банка, что мы не может обслуживать счета клиента и принимать денежные средства в погашение задолженности из-за блокировки его счетов по решению опекуна.
Получив на руки бумагу с печатью, Кайн развернулся и, не глядя по сторонам, побрёл к выходу. Его походка была неуверенной и шатающейся. Он не видел людей, не слышал их голосов. Он видел у себя в воображении только одно — торжествующее лицо своей матери и рушащиеся стены его собственного, едва построенного мира.
Он вышел на холодную московскую улицу и прислонился к стене здания, пытаясь перевести дыхание. Денег не было. В квартире его ждали пятеро голодных учеников. Аренду офиса через месяц нечем было оплатить. А призрачная надежда на обретение магии снова ускользала от него.
«Вот же типичная последовательница Ллос! — подумал он о матери, которая доставила ему кучу неприятностей на ровном месте, когда у него всё шло на лад. — Затаилась подобно паучихе в засаде, а потом нанесла жестокий мстительный удар по самому больному — по деньгам».
Глава 9
Поезд «Волгоград-Москва» прибыл на Павелецкий вокзал в два часа дня. Марина Иванова, не спавшая всю дорогу из-за сильного волнения, вышла из вагона с одним лишь рюкзаком, в котором лежали смена белья, бутерброды, все оставшиеся сбережения и распечатанный адрес, полученный от детектива.