При этом сам Кайн чувствовал себя загнанным в угол. Он был и администратором, и бухгалтером, и главным идеологом, и личным наставником для пятерых своих «апостолов», и единственным учителем для продвинутой группы. Его дни были расписаны по минутам. У него не оставалось ни времени, ни сил на главное — на поиски способа вернуть магию, на изучение демонического голубя и на эксперименты.
Амулет на груди грел кожу, напоминая, что отсчёт идёт. Он сдерживал деградацию, но не отменял её. Иногда, в моменты особой усталости, Кайну казалось, что краем глаза он видел тень — расплывчатую и глуповатую улыбку Димасика, призрак его прежнего «я», который ждал своего часа в тёмных уголках сознания.
Кроме того, росло напряжение внутри самой группы. Сергей, получив стабильный доход и следуя «совету» Кайна, действительно бросил свою «жабу», но теперь периодически срывался в запои, пропуская занятия.
Лидия Петровна и Ирина Викторовна, поделив сферы влияния, начали потихоньку спорить из-за расписания и распределения ресурсов. Артём, чувствуя свою незаменимость в сетевой сфере, начал намекать на повышение гонорара.
Даже Наташа, его опора и «невеста», иногда смотрела на него с немым укором — он был так поглощён делами, что их «отношения» так и оставались в зачаточном состоянии: совместная жизнь, редкие поцелуи и море невысказанного. Она жаждала большего. Желала физической близости. Но двухсотлетнему девственнику, который боялся женщин, было довольно непросто переступить через себя и переспать с женщиной. Одно то, что он жил с ней под одной крышей, было верхом его доверия.
Глава 15
Однажды вечером, когда Кайн в очередной раз засиделся в подвале, проверяя отчёты, к нему осторожно подошла Ирина Викторовна.
— Дмитрий Анатольевич, можно вас на минутку?
— Да, Ирина Викторовна, что случилось? — он оторвался от экрана ноутбука, чувствуя, как ноют глаза.
— Это насчёт Сергея… — она замялась. — Он опять запил. Третий день не появляется. Группа его сегодня ждала, люди возмущались. Пришлось вести занятие мне, но я же не могу разорваться на две части и постоянно его подменять.
Кайн сжал кулаки под столом и нахмурился. У него от ярости полыхнуло в пятой точке. Этот никчёмный алкаш начал слишком часто его подводить. Пока тот был всего лишь расходником, который платил деньги, ему было плевать на то, что тот выпивает. Но теперь этот урод ломал ему бизнес и выставлял их «предприятие» не в лучшем свете. А это значит, что многие люди попросту отвернутся от них. Но это можно было бы стерпеть, если бы не возможные худшие последствия. Если кто-то обидится и решит устроить им неприятности, то будет хуже.
— Я разберусь, — сквозь зубы произнёс он. — Спасибо, что предупредили.
Когда Ирина Викторовна ушла, Кайн встал и начал мерить шагами подвал.
«И что мне с ним делать? Была бы такая возможность, я бы сразу же заменил этот отброс на другого человека, а его низвёл бы в иерархии до уровня ниже плинтуса. Но, к сожалению, замены пока нет. Ближайший выпуск вторых групп будет в лучшем случае через пять недель. Оставлять всё на самотёк тоже нельзя. Бесит!»