Ага. Попался.
— Дело моё простое, — скромно улыбнулся Пустоброд. — Военное. Я знаю, как сражаться, особенно с теми, кого учил. Вы простите, шериф, но вот ваше дело — порядок поддерживать. С армией вы не справитесь. С ней справится только другая армия.
Чутьё не подвело. Он прямо чувствовал, как открывается перед ним, что называется, окно возможностей.
— Я хочу предложить себя на пост генерала. Я был генералом там и справлялся неплохо. Понимаю, что доверия ко мне у вас нет. Но и выбора особого нет тоже. Вы хотите воду? Справедливо. Но за воду надо драться. Гас Монтойя не позволит вам раздавать её бесплатно. Даже продавать не позволит. Гас Монтойя наложит на неё лапу. Потому что вода — это сила. И власть.
— А ты что, нас защитишь? — крикнул кто-то. — Прямо вот обещаешь?
— Обещать не могу, — серьёзно ответил Пустоброд. — Но скажу одно. Я — ваш единственный шанс против Штатов. И я костьми лягу, чтобы не дать Монтойе вас захапать.
— Побожись.
— Слово даю. А под моё слово можно в банке занимать.
Флинт ловил ртом воздух. Народ оживлённо переговаривался. Ещё немного, и Пустоброд бы их дожал. Но всё, конечно же, испортила Мелисса.
— Мне кажется, ты не готов. — Она перевела взгляд на собрание. — Мне кажется, мы пока не можем ему доверять.
Пустоброд смотрел на неё с каменным лицом. Мелисса вздохнула и продолжила мысль:
— Ты привык быть сам за себя. В Пустоши это, может, и правильно, а среди людей подводит. Тебя уже один раз подвело — там, у вас. А здесь по-другому. И ты ещё по-нашему жить не научился.
Глава 16 — Тихуана
— Это курам на смех. — Пустоброд откинул ногой крышку ящика из потемневшего дерева. — Хватит разве от хайвейменов отбиваться.
Он достал ржавый карабин. Взвёл затвор, отпустил. Тот медленно, словно нехотя вернулся на место.
— Почистим, — буркнул Флинт. — Занимаемся. Они не все такие.
— Не все — это сколько?
Флинт не ответил. Он играл желваками и заметно нервничал.
— Я спрашиваю — сколько?
— Дюжина карабинов, — принялся нехотя перечислять Флинт. — Шесть рабочих, остальные ржавые. Два автомата — евразийские, сохранились получше. Охотничьи ружья, пара гранат. Остальное — консервы и лекарства.
— Автоматы в норме? — быстро спросил Пустоброд.
— Разобрали уже. Нужны.
— Мне нужнее.
Флинт поморщился, но возражать не стал. После Дульсуры веса у Пустоброда прибавилось. До неё нечего было и просить, чтобы взглянуть на тот самый, заветный, привезённый из Харбора арсенал. А после возвращения и восторженного рассказа Беа о героизме «этого человека», говорить с шерифом можно было уже по-другому.
— Ты не прав, Эрик.
Мелисса стояла в проходе, склонив голову и кусая губу. Как привела его сюда — так и стояла. Не ушла.
Пустоброд усмехнулся. Покачал головой.
— Не прав? Можно подумать, это я притащил из Харбора груду рухляди и решил, что этим отобьюсь от Гаса с Карлосом.
— Я не об этом, — возразила Мелисса. — Ты пользуешься популярностью, чтобы срезать углы. Продавил совет на нужное тебе решение.
— В смысле? — возмутился Пустоброд. — Я разве не на совете с тобой бодался?