Разгар лета означает, что фигурка Санта-Клауса будет красоваться под пальмой, упряжь с оленями пролетит над экзотическими растениями вроде каучуконосного фикуса, а гномики в праздничных одежках выстроятся в шеренгу вдоль бассейна. Чилийцы прилежно копируют американский стиль рождественского убранства – чтобы было как в праздничных фильмах. Но делают это с ленцой, все же Рождество и Новый год в летних декорациях не совместимы с настоящей атмосферой этих праздников. В коммуне Ла Флорида есть два дома, которые притягивают в эти дни внимание всей округи. Хозяева тщательно декорируют дома и патио фигурками и разноцветными огнями, поэтому дом выделяется продуманным праздничным убранством. Многие стекаются посмотреть на них как на диковинное зрелище. Другой парадокс связан с Пасхой. На Рождество принято есть пасхальный кулич, в супермаркетах появляются стенды с куличами. А вместо Дедушки Мороза чилийские дети призывают Бьехито Паскуэро – то есть Дедушку Пасховика, если переводить буквально. После того, как пробьет двенадцать ночи, дети отправляются искать свои подарки по местам, где пролетел Бьехито Паскуэро. Особенности местного испанского, или Почему чилийцев никто не понимает «Cachal ро, weon!» – то и дело раздается на улицах чилийского города (любого). Если вы ничего не поняли из этой фразы, но уверены, что знаете испанский язык, – не переживайте, это нормально. Все мы, приехавшие в Чили, когда-то думали точно так же. Помню, что одной из главных проблем для меня первое время был язык. Я хорошо знала испанский, но чилийскую версию на слух понять непросто, к ней надо долго привыкать: слова произносятся неразборчиво, окончания и многие согласные «съедаются». Плюс богатейший запас специфических идиом, которые нигде больше не используются, а местная речь на четверть состоит из них. Как-то я участвовала в любопытном флешмобе в Инстаграме. Его участники делились модизмами и словами, которые сложно дословно перевести с иностранного языка на русский. Чилийский же сленг сложно перевести не только на русский, но и на испанский тоже!
Путешественники часто спрашивают об особенностях чилийского испанского, очевидно, подозревая, что дело тут нечисто и к чилийским словечкам так просто не подобраться. Один из самых популярных постов в моем блоге – как раз о них, всемогущих. А как распространена слава о коварном чилийском диалекте по всему миру! Однажды в аэропорту Парижа со мной произошла красноречивая сцена. В очереди на таможенный контроль работник аэропорта развлекался тем, что спрашивал у пассажиров про сленговые словечки, характерные для их стран. Первой жертвой его любопытства стала аргентинская пара передо мной: «Расскажите, какие типичные слова есть у вас в Аргентине?» (Аргентинские модизмы – это тема для самостоятельного изучения.) Пара растеряно переглянулась, женщина пожала плечами и протянула: «voludo?..» (тип, приятель, редиска – по обстоятельствам). Мужчина нерешительно прошелестел в свою очередь «che..?» (междометие-паразит). Парень с довольным видом кота, отведывавшего миску сметаны, старательно повторил материал для закрепления и перешёл к следующей жертве – то есть ко мне. Увидев на моем билете пункт назначения Сантьяго-де-Чили, молодой человек ничего не спросил. А мигом показал свою осведомлённость со взрывом хохота – «Ааа, Chile! Cachai, weon!». Мне оставалось лишь похлопать. Вот она, всемирная слава. А чилийцы, наивные, думают, что знамениты вином и мощными землетрясениями. Чем дольше я живу в Чили, чем выше мой уровень испанского языка и чем больше носителей испанского из разных стран Латинской Америки я встречаю, тем лучше понимаю, что испанский, на котором говорят в Чили, положа руку на сердце, самый невнятный и сложный для восприятия. Окончания выбрасывают напрочь, донельзя смягченные согласные превращаются в кашу. Чего стоит одна взлетная интонация в конце слова и чилийские модизмы в каждой фразе. Учишь-учишь язык, а тут такое. Неподготовленному туристу бывает ой как непросто! Часто понять чилийца куда сложнее, чем, скажем, колумбийца, хотя у них тоже много своих особенностей. Еще в свой первый приезд в Чили я поняла, что чем выше социальный статус говорящего, тем его проще понять. В этом случае речь собеседника закономерно приятнее на слух: грамматически правильнее, слова произносятся четче, словарный запас куда богаче, меняется интонация. Честно говоря, я прежде не встречала такого речевого контраста в рамках одного общества, чтобы уже по одной интонации можно было многое понять про человека. Например, то, что говорят рабочие, сельские жители и продавцы на рынках, для меня до сих порой остается загадкой процентов на пятьдесят. Сеньора превращается в «эньоа», интонация взлетает звонким фальцетом в конце каждого слова, и говорят они словно с заложенным носом – подробнее об этом в главе про уасо-дель-кампо. Надо сказать, что чилийцам ужасно нравится быть такими, словно это еще один важный фактор, делающий их как нацию еще более сплоченными. Чтобы они там ни говорили, как бы кокетливо это ни отрицали.