Невролог покраснел, как спелый помидор.
— Не будет никакой свадьбы! — выкрикнул он. — Это моя дочь, и мне решать, с кем ей связать судьбу.
— При всём моём уважении, решать это не вам, — спокойно ответил я.
Затем развернулся и ушёл с отделения. Я не собирался с ним спорить. Привык что-то показывать делом, а не словами. Поэтому и смысла продолжать разговор не видел. Главное, что с той женщиной всё хорошо.
Последний пункт — ординаторская. Там я встретил зевающего Никиту с неизменной чашкой кофе в руках. Скорее всего, он забрал себе день, а Болотову достались две ночи дежурств.
— Ты бы завязывал с кофе, а то сердце и желудок посадишь, — усмехнулся я. — Пьёшь его литрами.
— А иначе не выжить, — отозвался он. — Ты чего пришёл, соскучился по мне?
— Дела кое-какие были, — отмахнулся я. — И решил тебя проведать. Как дежурство?
— Тихо, спокойно, без лишних пациентов, — зевнул Никита. — Ой, кстати! А ты у нас теперь герой же.
— В каком смысле? — не понял я.
Никита протянул мне газету «Невский проспект». Главная ежедневная газета города, где печатались все новости.
— Не знал, что ты газеты читаешь, — улыбнулся я. — Совсем скучно?
— Да ты открой пятую страницу, — отмахнулся тот.
Статья называлась «Непризнанный герой». В ней описывалось, как врач из «Империи здоровья» благодаря своей смекалке, сообразительности и ещё тонне положительных качеств спас жену известного журналиста. Подробно расписывалось про синдром иностранного языка, была сводка, насколько это редкий случай. Автором статьи числился Александр Летов.
Так вот зачем тот мужчина записывал мою имя и фамилию! Оказывается, он журналист.
— Сижу тут с героем рядом, — развеселился Никита, когда я дочитал. — Автограф у тебя взять, что ли?
— Тебе хоть на спине распишусь, — отшутился я.
Интересно, а отец Тарасовой не видел эту статью, или наоборот, увидел и сильнее обозлился? Скорее второй вариант, вот почему он решил, что всё это — часть моего плана. А я про эту статью ни сном ни духом.
— Теперь тебя ждёт известность, — заявил Никита. — В городе о тебе узнают, пациенты к тебе проситься начнут. Если ты это задумал, чтобы получить место в клинике — то очень неплохой ход.
— Я вообще не знал про эту статью, — ответил я. — Пациентка такая была, но там не было времени спрашивать, кем работает её муж.
— Но то, что ты про диагноз догадался, это здорово, — искренне произнёс Никита. — Я бы, наверное, не допёр. Погоди, завтра ещё Зубов похвалит тебя.
Зависти я в голосе не услышал, что меня очень порадовало. Было приятно, что муж пациентки решил отблагодарить таким образом, но я вовсе не хотел, чтобы все это считали каким-то безумным планом.
Ещё немного поговорил с Никитой, а затем отправился в туалет. Там была назначена точка встречи с Клочком.
— Хозяин, я всё узнал, — пискнул крыс, который уже ожидал меня на раковине.
— Ты зря так сидишь, вдруг кто другой зашёл бы, — отругал его я.
— Да я осторожно, — показал он язык. — В общем, я подслушал их разговор. Николай ни слова не сказал про ваш разговор, а только спросил, зачем Жукову нужен Гален.