— Ладно, — я поднялся. — Дело не ждёт. Выздоравливай.
Осторожно хлопнул наставника по плечу и направился к выходу из палаты.
— Григорий, — донеслось вслед.
Я обернулся.
— Ты хорошо держался, — сказал Кретов, на этот раз глядя мне прямо в глаза. — Но не зазнавайся.
— И не собирался, — улыбнулся я. — Если только чуть-чуть.
Дмитрий насмешливо хмыкнул и отвернулся.
Я вышел из больницы, немного кривясь от боли в едва зажившей ноге.
Отгул из-за ранения — звучало почти как отпуск. Если бы не одно «но»: фамильное ожерелье Зориных всё ещё болталось у какого-то жалкого художника.
Гвардейцы уже ждали у машины. Сегодня я решил не ехать за рулём сам, а почувствовать себя настоящим дворянином — с водителем и охраной.
— Ваше благородие, ребята только что докладывали, — сказал один из бойцов, слегка склонив голову. — В мастерской Фёдорова пусто. Аренда помещения закончилась три дня назад, хозяин говорит, он не планировал продлевать.
— Значит, он заранее всё спланировал, — хмыкнул я. — Погоди, его фамилия Фёдоров? Феодор Фёдоров?
— Нет. Иваном его зовут, а Феодор — это творческий псевдоним.
— Понятно. Что ж, поехали в его мастерскую, — сказал я, подходя к автомобилю.
Если Иван-Феодор думает, что я не смогу его найти — он сильно ошибается. Мне достаточно найти эфирный след на любой из его личных вещей — любая кисточка или мольберт вполне подойдут. И тогда я смогу найти вора даже на другом континенте.
Кретов подсказал подходящий ритуал для этого.
Мастерская оказалась крошечной комнатенкой на последнем этаже старого дома. Дверь была не заперта — видимо, хозяин не видел смысла.
Я вошёл первым, окинув взглядом пустые стены, пятна краски на полу и единственный оставленный мольберт.
— Видите что-нибудь, господин? — спросил один из гвардейцев.
Я усилил эфирное зрение, осматриваясь по сторонам…
И не видел ничего. Чистота.
Девственная, неестественная чистота. Такое чувство, будто здесь вообще никто никогда не жил и не работал.
— Хитрый ублюдок, — цокнул языком я. — Он использовал артефакт.
— Типа стёр следы? — уточнил гвардеец.
— Да, именно так. Он ведь прекрасно понимал, у кого ворует. Знал, что его будут искать с помощью магии… И то, что он подготовился, о многом говорит. Поехали, — резко развернувшись, сказал я.
До отделения мы добрались быстро. Я позволил гвардейцам включить полицейскую мигалку, так что пробки не стали нам помехой.
Полина подняла бровь, когда я зашёл в провидческий отдел. Сегодня она была здесь одна.
— Ты чего здесь? Должен отдыхать! — возмутилась она.
— Не могу, — бросил я, кидая пальто на вешалку. — Помнишь, я рассказывал тебе про парня своей сестры? Он оказался профессионалом. Стёр эфирные следы артефактами, представляешь?
— Ого, — капитан присвистнула. — Значит, знал, что может нарваться на провидца.
— Именно.
Я сел за компьютер, начал пробивать базы.
Иван Леонидович Фёдоров, тридцать два года. Официально — художник-портретист, закончил Российскую академию живописи, выставлялся в нескольких городах. Больших успехов не снискал.
Неофициально…
— Вот же тварь! — пробормотал я, пролистывая записи.