Хоть Роман и был интуитом, то есть нигде не учился магии, сил ему было не занимать. И этот вихрь, кажется, мог уничтожить всё живое в радиусе километра — столько энергии смерти в одном месте я ещё ни разу не видел.
— Оскар, прикончи его! — крикнул я, обрушивая на Зверева мощнейшее плетение.
Удар проломил защиту. Оскар спикировал и впился когтями в грудь Хищника. Зверев заорал, пытаясь оторвать от себя феникса, но тот окружил себя ярким пламенем и одновременно ударил клювом в горло врага.
Вихрь смерти распался, не успев сформироваться до конца. Хищник захрипел и выпустил эфирные нити, намереваясь высосать остатки энергии из трупов сектантов. Я перехватил его нити и порвал их. Оскар ударил ещё пару раз и взлетел, а Роман рухнул на землю. Его окружили эфемеры боли и страха.
Скрюченные пальцы судорожно впились в мокрую от крови землю. Хрипя, Зверев дёрнулся, посмотрел на меня и вдруг улыбнулся.
— Бездна… Зовёт меня… — проговорил он и закрыл глаза.
В других местах обители продолжался бой. Грохотали выстрелы, я чувствовал резкие всплески боевой магии. Но с Хищником было покончено — и нельзя было сказать, что это хорошо. Теперь мы не сможем узнать то, что хотели. Рядовые члены секты не знали столько, сколько он.
Это при условии, что вообще кто-то останется жив… Судя по обрывкам фраз из рации, «Дети Бездны» предпочитают умереть в бою.
— Зорин, приём! Ты как? — вдруг раздался из рации голос Полины.
— Я Зорин, всё в порядке. А ты? — ответил я.
— В порядке. Я… — начала Реутова.
В этот момент где-то внутри особняка грохнул мощнейший взрыв. Окна выбило, крыша просела. Кретов повернулся на звук, и я увидел в его взгляде отчаяние.
— Нет… Зачем? Кто это сделал⁈ — заорал он, рванув к дому.
Я кинулся следом за ним, понимая, почему наставник так ошарашен. Внутри особняка находятся вещественные доказательства, артефакты и записи секты — всё, что может помочь нам в расследовании. А теперь старый дом пылает, как факел.
Природа взрыва была магической. И, кажется, я догадываюсь, кто и зачем его вызвал.
Мы с Дмитрием одновременно подбежали к крыльцу как раз в тот момент, когда навес над ним рухнул.
— Твою мать, твою мать… В окно! — указал Кретов. — Дыхательное плетение помнишь?
— Конечно, — сказал я, создавая заклинание-маску, которое фильтровало воздух. Какое-то время поможет продержаться в дыму.
Мы по очереди залезли в дом. Огонь распространялся быстро, а из-за клубов чёрного дыма мало что можно было разглядеть.
— Хватай всё, что сможешь найти, — сказал Дмитрий. — Артефакты, книги, что угодно!
— Будь осторожен, — я хлопнул его по плечу, и мы разбежались в разные стороны.
Пламя лизало стены, превращая обои в пепельные хлопья. Я нырнул в дверной проём, и за моей спиной рухнула балка, перегораживая путь обратно. Ничего, в поместье полно окон.
Я шёл быстро, осматриваясь, но не видел ничего значительного. Там, где раньше были каминный зал, столовая и другие общие комнаты, секта организовала казармы. Двухъярусные кровати, металлические ящики для личных вещей — комфорт и уединение здесь явно не ценились.