Сначала отмахнулась: «Да никто ее не крал. Наверное, так и должно быть. За спиной уже половина жизни и мой эмоциональный “глаз” замылился, поэтому не стоит ждать те же брызги радости, что и в 20 лет.
Я человек взрослый и много повидавший. Написала пять книг, у меня тысячи читателей. Побывала в разных уголках планеты: Калининград, Нью-Йорк, Москва, Лондон, Вена, Венеция, Астана, Суздаль. Я восходила на вулкан, рисовала картины, управляла яхтой, стояла на сцене и слушала аплодисменты от 5000 человек одновременно. И главное: имела счастье общаться с самыми умными, талантливыми и глубокими людьми в мире, среди них писатели, предприниматели, артисты, музыканты, спортсмены, лекторы. Да среди них был даже Киану Ривз, черт возьми!
Короче, я классно пожила. Какого еще фейерверка можно ждать? Уже было все! Любой такой жизни позавидует. Не слишком ли многого я хочу?» – подумала я, глядя на этот список.
Но вопрос о «краже» все мариновался и мариновался. Наконец я открыла заметки на телефоне и начала составлять список.
Что украло мою радость?
1.Вещи.
Я поняла, что в квартире куча ненужных вещей, высасывающих мою жизненную энергию. И была готова прихлопнуть человека, который придумал моду на свечи. В какой момент все люди на планете помешались и стали дарить их друг другу?
За один год – клянусь – мне подарили 49 свечей. При таком количестве меня можно заподозрить в создании какого-нибудь культа.
Свечи я никогда не зажигаю. А если их выкинуть, то как будто оскорбляешь дарителя. И вот у меня собралась целая парафиново-восковая полка, а еще шмотки, которые не ношу, например, несчастные носки, потерявшие пару, ну и всякие косметические средства.
2.Мой бойфренд Алекс.
Парадоксально, но с ним я чувствовала себя более одинокой, чем без него. Мою радость забирал внутренний конфликт: один голос говорил – «Тебе нужно с ним расстаться», а второй – «Нормальный мужик, тебе ничего лучше не светит».
Я была влюблена в него, временами представляла, какие у нас могут быть дети и где-то в глубине души ждала предложения.
Но он вел себя… как торшер: просто стоял рядом, не пылился, и слава богу. Видимо, и я для него стала «приятной зоной комфорта» – просто кто-то приятный под боком. С каждый новым днем мои чувства становились все меньше и меньше.
3.Соцсети.
Чтобы поддерживать публичный образ, нужно вести соцсети нон-стоп. Отличная, к слову, почва, чтобы взошел FOMO – синдром упущенной выгоды. Он у меня расцвел пышным цветом.
Я зависала в соцсетях по несколько часов в день и сравнивала себя с другими. Мне казалось, что их жизнь, конечно, насыщеннее, а еще – они стройнее и сексуальнее.
Их ляжки, разумеется, идеальные, ага.
Возможно, фундамент для FOMO залился в детстве, с подачи любимого маминого средства мотивации – сравнения. Самая правильная девочка жила с нами в одном подъезде. Мама любила говорить: «Вот у Нади чисто в комнате, а у тебя нет. Вот у Нади пятерка по математике, а у тебя – нет». Очень рада за Надю. Но не от всей души.
Так что в моей голове и спустя десятилетия звучал мамин голос, и даже образовалась какая-то коллективная Надя, что вольготно пристроилась на миндалевидном теле, отвечающем за страх и критику. Я заходила в соцсети и видела одно: «Надя» живет интересно, а я – нет.