Он ответил:
– Да, я уверен, что у меня все будет хорошо. Я знаю, что я чертов гений! Да и сфера у меня классная. Не то что у тебя.
– В смысле? – я внутренне напряглась, может неправильно поняла?
– Ну, без обид, дорогая. Что ты сделала за свою жизнь. Книжку какую-то написала? Тоже мне достижение. Это несерьезно. Надо нормальным делом заниматься.
– А ты меня зачем сейчас обесцениваешь? – я мысленно щупала топор, секиру или биту, в общем все, что уже держала в руках не так давно.
– Я тебя не обесцениваю. Это же просто факт. Вон моя мать, хоть и истеричка, которая испортила мне жизнь, но зато больше тебя зарабатывает.
– Зашквар какой-то, – от шока я даже не обматерила его в тот момент, а продолжала вежливо пояснять в чем он не прав, – Как будто ты понимаешь, что я успешнее тебя, и пытаешься стащить до своего уровня. Нет, спасибо, не надо.
Я начала крепко задумываться, кто же рядом со мной.
И не всегда находила однозначный ответ. С одной стороны, он просто закидывал меня нежностью: он умел поддерживать меня как никто другой, долго-долго обсуждать мои переживания, если мне надо было чем-то поделиться, мог приехать хоть в три часа ночи.
С другой стороны, случались крайне нелицеприятные сцены.
Последняя сцена перед тем, как я кое-что узнала, была такая. Он познакомил меня со своей мамой. Мама, надо сказать, там был очень влиятельная дама, которая все детство, как он говорит, «пыталась сделать из него человека».
Во время ужина с ней все было прекрасно, ровно до того момента, как она не сделала ему замечание насчет его одежды: «Сынок, тебе надо купить другие брюки и рубашку, в этих ты не сможешь заключать деловые контракты».
И тут что-то в нем переключилось: он как с цепи сорвался, стал кричать, что ему не нужны новые брюки для заключения контрактов, потому что у него есть харизма, потом стал орать, что она ему испортила все детство.
В конце концов, он схватил меня за руку, вытащил из-за стола со словами «Мы уходим», а когда мы вышли, он ударил стоящую рядом мусорку, затем перевернул ее, распинал весь мусор и прошипел: «Я ей череп размажууууу в следующий раз!».
Я была просто шокирована. Затихла, как мышь, и быстро-быстро вызвала такси, чтобы одной уехать.
Ты кто вообще?
На следующий день он первым делом прислал мне сообщение: «Прости, случайно вышел себя. Просто у нас сложные отношения с мамой, и совершенно не хотел, чтобы ты видела меня в таком состоянии. Не знаю почему, но она меня так триггерит… Наверное, надо записаться к психологу…».
Я даже не знала, что ему сказать. Решила придумать, что ответить, после встречи со своей знакомой.
Я отправилась на встречу с подругой и поделилась с ней деталями своего теперь уже неоднозначного романа.
– Что, его зовут Женя К.? – удивленно спросила подруга.
– Да, а ты его знаешь?
– Да. Вот ты встряла.
– Что это значит?
– У меня знакомая с ним встречалась. Еле ноги унесла. Он же просто нарцисс и психопат. На языке психологии то, что он делает, называется love-bombing. Почитай. Сначала он закидывал ее ласковыми словами, бесконечно говорил, что любит, играл в Супер Героя и спасал, в том числе от друзей, кстати, а потом постепенно стал обесценивать, проявлять агрессию на пустом месте, тащил из нее любые ресурсы и в конце концов вылил на нее такой ушат помоев, что она до сих пор ходит к психотерапевту, чтобы как-то это переварить.