Ченс замер и поднял на него один здоровый глаз.
— Не так, как у Елены, но тоже не дурно.
— Вкус странный, — пробормотал парень.
— С учетом ингредиентов это — нормально.
Рафаэль кивнул и извлек из кармана полупустой пузырек, затем бросил его парню. Тот едва успел выставить руки, но все же поймал. Уставился на пузырек и этикетку.
— Читай, что написано.
Ченс посмотрел на этикетку.
«Atropa belladonna».
От второго слова внутри парня все похолодело.
Он медленно поднял взгляд на бандита. Тот хмыкнул:
— Ты все понял верно. Ты принял яд белладонны, теперь я поясню, что с тобой будет. У тебя еще двадцать — тридцать минут. Потом сухость, затрудненное дыхание, боль при глотании, далее тошнота, повышенное слюнотечение, головокружение, расстройство зрения и слуха. Потом нарушение работы сердца, вплоть до остановки, и паралич дыхательного центра с последующей остановкой дыхания.
Все это Рафаэль произнес без тени эмоции.
Пузырек выпал из рук парня, который согнулся над полом и принялся вызывать рвоту.
— Это не поможет. Поможет другое, — рука бандита снова нырнула в карман, и снова извлекла из него пузырек. Но на сей раз Рафаэль оставил его в руке. — У деда девиц и впрямь специфическая коллекция. Уже понял, что это? Так вот, у тебя пять минут, чтобы рассказать мне всю правду. Если протянешь, противоядие не подействует.
Тяжело дыша, Ченс облизнул губы и прошептал:
— Что вы хотите знать?
— Почему вы с Анной сбежали из секты?
— Но вы же…
— Говори!
Ченс молчал какое-то время, пока внезапно не почувствовал, как во рту пересохло и дышать стало тяжелее.
Черт, да этот бандюк не лжет! Его действительно отравили.
Он поднял взгляд и произнес:
— Я втрескался в Анну, как только увидел. Около года назад. Она появилась в секте, и я пропал. Она тогда употребляла, как и я, и это нас сблизило. Правда, не один я заглядывался на нее. Она нравилась нашему главе, вот только сама Анна противилась его ухаживаниям.
Не многие были вхожи в его близкий круг. Но Анна там оказалась, и после того, как это случилось, она в ужасе пришла ко мне. Рассказала об отвратительных ритуалах с детьми и животными. Умоляла помочь сбежать. И я помог. Предал друзей, но мы провернули все.
— Какая твоя выгода?
Ченс уставился на мужчину:
— Свобода. Свобода и самая красивая в мире девушка. Разве еще что-то нужно? Она ведь необыкновенная, понимаешь? Ради нее можно пойти на что угодно. Она показала мне, что есть мир за пределами секты. И когда все закончится, мы будем вместе.
Рафаэль промолчал, обдумывая все вышесказанное.
И в следующий миг кинул парню пузырек с противоядием.
Ченс поймал, откупорил пробку и принялся судорожно пить, высоко закинув голову.
Рафаэль подождал, пока парень опустошит бутылек, и, приблизившись, принялся его связывать.
— Отпусти женщин, я останусь как заложник. Прошу тебя, ни Анна, ни Елена не должны пострадать.
Рафаэль распрямился, навис над парнем и смотрел несколько долгих мгновений.
Затем также молча замахнулся и ударил его кулаком по лицу.
Предавший своих собратьев сектант или по-прежнему верный своей секте и просто выполняющий возложенную на него миссию?