6
ГЛАВА 6
Утро нового дня радости не принесло. Тяжёлая тишина повисла в доме, словно густой туман, оседающий на плечи, и даже первые лучи солнца, пробивавшиеся сквозь полупрозрачные занавеси, не могли развеять эту давящую атмосферу. Пока гости не разъедутся, спокойствия не будет. А гостить они собираются пару недель — срок, который тянулся в воображении Люсии бесконечной чередой шумных разговоров, звяканья посуды и чужих взглядов, скользящих по её дому, будто оценивая каждый уголок. Люсия выглядела расстроенной: её обычно живые глаза потускнели, а уголки губ опустились, словно она пыталась удержать внутри горькие слова, которые так и рвались наружу. Судя по всему, она мечтала выйти замуж как можно раньше, чтобы наконец укрыться от этого назойливого внимания, обрести свой тихий уголок, где можно было бы дышать свободно.
Мия наводила порядок в комнатах. Три были убраны, осталось две. Девушка вошла в следующее помещение и принялась за работу. Сменила постель, застелила кровать — простыни легли ровно, без единой складки, будто пытаясь создать островок порядка в этом хаосе. Стерла пыль, и мельчайшие частицы, кружась в лучах света, напоминали крошечные звёзды, падающие с невидимого неба. Вычистила ванную комнату, где капли воды, стекавшие по фарфору, звенели тихими, одинокими нотами в общей тишине дома. Навела порядок в импровизированном кабинете — стопки бумаг легли ровными рядами, чернильницы замерли, словно затаив дыхание. Занялась гостиной, как вдруг резко открылась входная дверь. Холодный сквозняк ворвался следом, взметнув края штор и заставив пламя в камине дрогнуть, будто испуганное внезапным вторжением.
В комнату ворвался Рональд с горящими глазами — в них плескалось что-то дикое, неукротимое, словно в груди принца бушевал шторм, который он не мог сдержать. Схватив Мию за предплечье, он прижал её к стене. Камень под спиной девушки был холодным и твёрдым, и этот холод пронзил её до самых костей, смешавшись с ужасом, сковавшим движения.
— Вот я и нашёл тебя, — прорычал он, и его голос, низкий и хриплый, отозвался эхом в пустой комнате, заставляя воздух сгущаться, становиться почти осязаемым.
Мия напугалась. Стала судорожно перебирать в голове, чем могла выдать себя: не тем ли взглядом, не той ли походкой, не словом ли, сорвавшимся невзначай? Он не сводил с неё взора, и этот взгляд был острым, как лезвие, проникающим сквозь слои привычной сдержанности, будто он пытался прочесть каждую мысль, спрятанную в глубине её сознания. Девушка затаила дыхание, ждала продолжения разговора, держа себя в руках из последних сил, стараясь не утратить самообладание. Но принц продолжал молчать, и эта тишина была тяжелее любых слов, гуще любого крика.
— У вас будут какие-то пожелания? Вам что-то принести? — первой нарушила молчание Мия, и её голос, хоть и прозвучал ровно, дрогнул едва уловимо, как тонкая струна, натянутая до предела.
— Мне… нет… ничего не нужно, — Рональд словно очнулся, отпустил её и отошёл на два шага назад, будто сам испугался собственной вспышки. Его плечи слегка опустились, а взгляд на мгновение стал потерянным, как у человека, внезапно осознавшего, что он сделал что-то непоправимое. — Я… мне… Продолжай заниматься своими делами, а я займусь своими. Почему ты появилась именно сейчас? — Последнее предложение он произнёс еле слышно, но Мия расслышала, и эти слова повисли в воздухе, тяжёлые и необъяснимые, словно камень, брошенный в спокойную воду и породивший круги, которые ещё долго будут расходиться во все стороны.