Я снова задействовал «Присутствие». Некоторое время вокруг ощущалась только мелкая лесная живность, но вскоре впереди появился человеческий источник жизни. Он находился неподвижно и, судя по всему, был один.
— Нашёл, — тихо сказал я, подняв ладонь. Остальные сразу сбавили скорость, а я указал между деревьями. — Впереди один человек. Примерно в минуте ходьбы от нас.
Скоро нашёлся и сам искомый княжич.
Борвин стоял возле толстой ели, прислонившись плечом к стволу. Правой рукой он держал рапиру, остриё которой глубоко ушло в снег, и явно использовал оружие вместо опоры. Рюкзак нигде рядом не валялся. Меховая накидка тоже исчезла, а верхняя одежда оказалась разорвана настолько, что от первоначального вида почти ничего не осталось.
Часть ткани княжич безжалостно пустил на перевязки. Полосы материи стягивали бок, плечо и левую руку, ещё одна широкая повязка проходила через голову и полностью закрывала левый глаз. Практически все они уже пропитались кровью. На оставшейся одежде чистых мест тоже почти не осталось.
Лицо Борвина было мертвенно-бледным, а на коже остались засохшие следы крови. Даже с расстояния было видно, как тяжело ему удерживать собственный вес. Однако стоило нам появиться между деревьями, как княжич сразу заметил нас и сосредоточил взгляд на мне.
Несколько секунд Борвин продолжал смотреть на меня, после чего перевёл взгляд на остальных. Затем уголок его губ приподнялся в слабой улыбке, однако говорить княжич не стал.
Я тоже промолчал. Алиса остановилась рядом со мной, Хакон внимательно оглядел княжича с ног до головы, а Сигрид уже сняла рюкзак с плеча. Она достала лечебное зелье и вместо того чтобы протянуть его, бросила флакон Борвину.
Борвин оторвал руку от ствола и, несмотря на своё состояние, ловко подхватил летящий флакон. Движение получилось настолько уверенным, что на мгновение даже не вязалось с его внешним видом.
Я невольно приподнял брови. Похоже, несмотря на кровопотерю и общее истощение, голова у княжича всё ещё работала нормально. Борвин коротко кивнул Сигрид, перехватил флакон поудобнее и зубами выдернул пробку.
Содержимое он выпил залпом, после чего бросил пустой флакон на снег. Борвин закрыл глаз и глубоко вдохнул, продолжая держаться за рапиру. Через некоторое время плечи немного расслабились, дыхание стало ровнее, а пальцы на рукояти перестали так сильно дрожать.
Мы по-прежнему молчали. Никто не спрашивал, что произошло, где исполин и как Борвин вообще дошёл до такого состояния. Ответы могли подождать. Сейчас и без них было ясно, что княжичу в первую очередь требовалось хотя бы немного прийти в себя.
Так прошло около пяти минут. За это время Борвин несколько раз медленно закрыл и открыл глаз, глубоко вдохнул и наконец смог оторваться плечом от ствола. Стоять самостоятельно ему всё ещё было тяжело, но прежнего ощущения, что он вот-вот рухнет в снег, уже не возникало.
— Алиса, дай мазь, — первой нарушила тишину Сигрид.
Она тем временем успела достать из рюкзака свёрток чистых бинтов, пропитанных каким-то травяным настоем. Даже отсюда ощущался знакомый запах. Алиса сняла рюкзак и достала небольшую баночку с мазью. Сигрид приняла её, после чего я внимательнее посмотрел на подготовленные бинты.