Смотреть издали и жить внутри — разные вещи.
Это он понимал теперь точнее, чем раньше.
Глава 3
Ряжских появился в феврале 1993-го.
Не сам — сначала звонок из секретарши: «Некий господин Ряжских просит о встрече, говорит — по вопросу инвестиций». Краснов попросил узнать, от чьего имени. Перезвонили: «Говорит, представляет частный консорциум».
Краснов назначил встречу на следующий день — в своём кабинете, в рабочее время.
Ряжских оказался моложе, чем Краснов ожидал. Лет тридцати, не больше. Хорошо одетый — не кричаще, но дорого, это чувствовалось в деталях. Чёткая речь, правильные слова. Говорил уверенно, но без наглости. Производил впечатление человека, который умеет производить впечатление.
— Виктор Семёнович, мы видим в ВАЗе очень перспективный актив, — начал он. — В нынешних условиях многие заводы испытывают трудности с ликвидностью. Мы готовы обсудить вхождение в капитал — это дало бы вам доступ к финансовому ресурсу.
— Чьи деньги? — спросил Краснов.
— Частный капитал.
— Конкретнее. Физические лица, юридические лица, откуда происхождение средств?
Ряжских улыбнулся — спокойно, как улыбаются на ожидаемый вопрос.
— Это конфиденциальная информация на данном этапе.
— Тогда разговора нет, — сказал Краснов. — Приходите с документами о происхождении средств, с раскрытием структуры собственности консорциума. Тогда разговор.
Ряжских кивнул. Встал.
— Понимаю. — Пауза. — Мы можем начать с меньшего. Небольшой миноритарный пакет — несколько процентов. Это не требует полного раскрытия.
— Акции не продаются.
— У ваших рабочих есть личные акции. Это их право — продавать.
— Их право, — согласился Краснов. — Но не наше обязательство с вами разговаривать о том, что не продаётся.
Ряжских посмотрел на него — без враждебности, оценивающе.
— Хорошо. — Встал. — Мы вернёмся к этому разговору.
— Двери открыты, — сказал Краснов. — Если придёте с документами.
Ряжских ушёл.
Краснов записал в тетрадь: «Ряжских. Частный консорциум. Интерес к акциям. Источник не раскрывает. Следить».
Следил. Через полгода Петухов доложил: в реестре акционеров появился новый держатель — ООО «Инвест-Капитал», зарегистрировано в Москве три месяца назад, уставный капитал минимальный. Владеет двумя процентами акций ВАЗа, купленными у физических лиц.
— Ряжских?
— Скорее всего. Прямой связи пока нет, но структура характерная.
Два процента — это не опасно. Это ноготь. Но ноготь, который начинает расти.
К концу 1993-го — три процента. Краснов смотрел на цифру в еженедельном отчёте Петухова и думал о том, что это медленно, методично, без спешки. Именно так, как работает он сам — только в другую сторону.
Ряжских появился второй раз в декабре — снова без предупреждения, снова через секретаршу. На этот раз Краснов попросил его подождать двадцать минут. Просто чтобы было понятно, кто здесь хозяин времени.
— Виктор Семёнович, — начал Ряжских, садясь. — Я вижу, что вы серьёзный человек. И я хочу говорить серьёзно.
— Говорите.
— У вас есть проблема с ликвидностью. Задержки зарплат, бартерные схемы — всё это временные решения. Завод нуждается в нормальных деньгах. Мы можем их дать.