Так называют специфические воспалительные изменения толстой кишки при этом заболевании. Такое встречается только при болезни Крона и больше ни при каких обстоятельствах. Странно только, что Инодзаки совсем не беспокоят боль и изменения стула. Обычно пациенты обращаются именно с этими жалобами, а сопутствующая анемия развивается уже после.
Да, болезнь Крона — это не слишком-то и редкое заболевание. Пациентов с аналогичным расстройством довольно много, но всем им живётся несладко. Постоянная диарея, страшные спазмы в животе, вечная боль, вздутие. Закономерный итог — анемия.
Кишечник перестаёт нормально усваивать питательные вещества, организм худеет, железо и витамин «В-12» не усваиваются. Кровь теряет свои резервы.
Всё равно странно, что Инодзаки жалуется только на слабость. Нужно ещё раз с ним переговорить.
Я допил кофе, отложил историю болезни и направился в шестую палату. Инодзаки Томура ещё не спал.
— Кацураги-сан! — обрадовался он. — Рад, что вы пришли. А я ведь говорил, что от Канамори Ринтаро будут проблемы. Как только я сообщил ему, что ушёл на больничный, он раз двадцать мне позвонил. И через своих заместителей, и лично.
— Ох, — вздохнул я. — Это его проблемы, Инодзаки-сан. Представьте себе, но по закону вы имеете полное право — болеть.
— Лучше бы не имел, — пожал плечами он. — Мне уже сказал эндоскопист. Болезнь Крона, да? Я весь интернет перерыл, но так пока что и не могу поверить, что диагноз подтвердился. Хотя это заболевание уже было в моей семье. Дед им страдал.
— Наследственный фактор — один из главных, — кивнул я. — Но всё же, Инодзаки-сан, неужели вас кроме слабости ничего не беспокоит? Никаких нарушений стула, болей в животе?
— Ничего! — развёл руками он. — А должны быть?
— К сожалению, должны, — кивнул я. — Ваш желудочно-кишечный тракт сильно воспалён. До сих пор не могу понять, что…
Мой телефон завибрировал. Пришло сообщение от Асакуры Джуна.
«Тендо-кун, это срочно. Жду тебя в ординаторской терапии. Пожалуйста, если можешь, подойди».
Похоже, у невролога что-то личное. «Тендо-кун» уже обозначает, что диалог намечается тет-а-тет.
— Инодзаки-сан, вы когда планируете спать? — спросил я. — Мне нужно отойти, но до полуночи я хочу ещё раз с вами пообщаться.
— Не беспокойтесь, Кацураги-сан, — улыбнулся он. — Я — сова. Так просто меня не вырубить.
Я покинул шестую палату и добежал до ординаторской. Асакура Джун был встревожен.
— Тендо-кун, слава богу! — обрадовался он. — Я не знаю, что делать…
— С пациентом всё нормально? — перебил его я.
— Да, операцию закончил. Дело не в пациенте, — помотал головой он. — Дело во мне.
Странно, но в ординаторской витал очень странный запах. Неприятный. Ранее его здесь не было.
— Смотри, — сказал невролог и достал из кармана портативный алкотестер. — Так уж вышло, что… В общем, мне жена не верит, что я бросил пить. Просит меня присылать ей результаты каждые шесть часов, когда меня нет дома. И я её не осуждаю, правда! Но… Я ещё во время операции, почувствовал, что со мной что-то не так. Потом измерил, а там…