— Татьяна, тогда совсем юная, развозила заказы клиентам, — сказал я. — Сомнительно, что она обладала ценностями.
— Интересно! — оживился Юрий Михайлович. — Что, если в пакетах и коробках не платья лежали? И правильно ли я вас понял: врач, которая приходила к дочке Никитиной, сейчас находится в клинике? Вроде попытка суицида?
— Да, — кивнул я.
— Интересно, — повторил владелец дома. — У Татьяны есть подруги?
— Анна Семенова. Вроде других нет. В соцсетях Никитина малоактивна.
Дверь кабинета приоткрылась, появилась Вера с подносом.
— Иван Павлович, хотите какао?
На моем лице сама собой появилась улыбка.
— Воспоминания из далеких лет. Начисто забыл про этот напиток.
Женщина поставила ношу на столик и предупредила:
— Пейте сразу. Если остынет, вмиг невкусным станет.
Я сделал глоток.
— Потрясающе! Просто праздник детства! Хотя в нашей семье какао находилось под строгим запретом.
— Почему? — удивилась женщина. — Оно полезное!
— Но излишне калорийное. Моя мать тщательно следит за фигурой. По этой причине какао подвергнуто остракизму. Но, на мою радость, няня, она же домработница, тоже обожала этот напиток, поэтому мы им втихаря баловались, когда маменька покидала дом.
— Спасибо, дорогая, ты свободна, — быстро сказал Нимов.
Вера ушла, а хозяин кабинета продолжил нашу беседу.
— Иван Павлович, Сюзанна Оболенская и Нина Плотникова вам знакомы?
— Нет. Могу предположить, что данные дамы, возможно, ходят на журфиксы моей матери. Но они не ее закадычные подружки, а новые, раньше я о них не слышал. Хотя знать всех маминых приятельниц невозможно.
Юрий Михайлович оторвал взгляд от монитора.
— Запустил поиск по упоминанию в сети имени Татьяны Мироновны Никитиной, дата рождения и место работы указаны. Вы правы, нельзя назвать ее популярной личностью. Ожидаемо увидел переписку с Анной Семеновой. Но обнаружил упоминание о ней в беседе Нины Плотниковой и Сюзанны Оболенской. Правда, Татьяна у них упоминалась лишь в одном сообщении, и давно это было. Зачитываю: «Танька Никитина меня заблокировала, номер сменила. Но это не поможет». Это от Плотниковой. Оболенская ответила: «Не связывайся с ней. Не пачкайся». Нина продолжает негодовать: «Сволочь она, и дрянь!» Оболенская просит: «Забудь про нее». «Никогда! — возражает Плотникова. — Много чего про мадемуазелю Пи-пи знаю! На сайте “Свет правды” инфу выставлю!» «Нет, нет! — пугается Оболенская. — Пожалуйста, не надо так поступать!»
Нимов оторвался от монитора и взял чашку.
— Интересно, что они не поделили. Или кого. Ваш помощник не нашел эту переписку, но он не виноват. Я с подобным сталкивался. Не могу обнаружить след личности в интернете. А кто-то другой вмиг все про нее находит. Кстати, Сюзанны Оболенской больше нет в сети, могу поискать Плотникову. Не ругайте секретаря. Всемирная паутина капризна.
— Буду очень благодарен за помощь, — сразу отозвался я.
Глава шестнадцатая
— Похоже, завтра по Тверской начнут бегать слоны, — прищурилась маменька, увидев меня на пороге особняка. — Вава, ты приехал? Не пришлось умолять тебя навестить меня? Что происходит? Говори быстро! Нет свободного времени, мы с Луизой собрались на выставку современной живописи.