Именно природа извечной, духовной Реальности составляет предмет Вечной Философии; но язык ее описания возник как следствие стремления описать явления, существующие во времени. Вот почему во всех формулировках присутствует доля парадоксальности. Природу Истины-Факта нельзя выразить посредством словесных символов, которые не вполне ей соответствуют. В лучшем случае о ней можно говорить намеками – в терминахnon sequitur[308] и противоречий.
К этим неизбежным парадоксам некоторые духовные авторы намеренно и целенаправленно добавляли языковые аномалии – крепкие выражения, преувеличения, иронию или юмор, призванные шокировать читателя, вывести его из самодовольного спокойствия, этого первородного греха интеллекта. Такому второму типу парадоксов особенно привержены наставники даосизма и дзен-буддизма. Последние охотно прибегали к паралогическим и даже бессмысленным утверждениям для того, чтобы «силой захватить Царство Небесное». Желающих обрести совершенную жизнь поощряли к занятиям умозрительной медитацией над какими-нибудь полностью нелогичными фразами. В результате происходилоreductio ad absurdum[309] всей сосредоточенной на личности и на мире системы умозрения, наблюдался внезапный прорыв из «рассудка» (цитируя философов-схоластов) в интуитивный интеллект, способный на подлинное проникновение в божественную Основу сущего. Нам подобный метод обучения кажется странным до эксцентричности, однако факт остается фактом – благодаря ему многие люди обрели окончательную метанойю[310] , трансформацию сознания и характера.
Использование учителями дзен почти комических ситуаций для привлечения внимания к философским истинам, которые они считали наиболее важными, наглядно отражено в первом из процитированных выше отрывков. Нельзя всерьез верить, будто аватара проповедовала для того, чтобы разыграть человечество. Между тем автору высказывания удается вырвать нас из привычного спокойного восприятия доморощенной словесной вселенной, в котором мы проводим большую часть нашей жизни. Слова – не факты, во всяком случае, уж точно не первичный Факт. Если воспринимать их слишком серьезно, мы заблудимся в густых зарослях шиповника. С другой стороны, не уделяя им достаточного внимания, мы так и не узнаем, что существует путь, с которого можно сбиться, и цель, которой нужно достичь. Не проповедуй Благословенный, никто и никогда не обрел бы освобождения. Но в силу того, что человеческий разум и язык таковы, какие они есть, это необходимое и незаменимое проповедование сопряжено с многочисленными опасностями. Истории всех религий присуща важная общая черта; некоторые из сторонников этих учений просветляются и освобождаются, ибо решили реагировать соответствующим образом на слова, слетевшие с уст основателей этих религий; другие достигают частичного освобождения, реагируя лишь отчасти; третьи же вредят себе и своим собратьям, реагируя совершенно нелепо – они либо целиком игнорируют эти слова, либо, что бывает чаще, воспринимают их слишком серьезно и относятся к ним так, будто они тождественны Факту, о котором идет речь.