В кабинете повисла пауза. Кротов медленно, с некоторым трудом, перевёл дыхание.
— Пу-пу-пу! — постучал он пальцами по столешнице. — Триста семь?.. Она что, не спала, не ела, только писала?
— Похоже на то. Взяла больничный, и строчила письма всем, кому взбредёт в голову, — Иволгин отложил папку. — И, судя по всему, Басотыкову эта история приглянулась. Громко, медийно, про «спасение детей от секты». Отличный повод для пиара в преддверии… ну, ты понимаешь. Он уже пообещал «докопаться до истины» и «очистить страну от этой скверны».
— И он полез на наше поле? — в голосе Кротова зазвенела сталь. — Секты — наша епархия. Он же прокурор, чертяка, ему бы следователей своих гонять.
— Он юрист и политик, Аркадий Викторович. Он понимает, где можно красиво выступить, не запачкав манжет. А мы те, кто потом зачищает за такими популистами их дерьмо. Но сейчас он подал официальный запрос. Он достаточно громкий, и его нельзя проигнорировать. Нельзя отписаться стандартной отпиской. Нужен отчёт. Веский и убедительный.
Иволгин замолчал, давая словам повиснуть в воздухе. Потом продолжил, и его голос приобрёл дружеские нотки:
— Так вот, Аркаш… Мне нужна проверка. Не формальная, а настоящая. Я хочу знать, что это за зверь такой, эта «секта». Если это просто скам для лохов, которые платят за «ментальный прорыв» — нам на это плевать. Пусть Басотыков борется с мошенниками, у него для этого есть свои люди. Но если там действительно начинается какое-то сектантское брожение с элементами экстремизма и с опасными финансовыми потоками… Или, что ещё хуже, если этот мальчик с синдромом действительно нашёл какой-то способ влиять на людей… понимаешь? Нетривиальный способ. Не шарлатанским гипнозом, а чем-то иным…
Кротов слушал, не двигаясь. Он понял. Ведь не зря ещё в те времена, когда ФСБ не существовало, а его место занимала более известная на весь мир КГБ, в СССР существовал отдел, который занимался паранормальными делами. Там изучали и пытались использовать силы экстрасенсов и гипнотизёров. Несмотря на то, что многие в эту чушь не верят, существование гипноза и людей, которые умеют его применять, доказанный факт. В академии ФСБ даже существует небольшой курс лекций по гипнозу и проводятся тренировки по противостоянию ему.
Современные мошенники используют старые наработки по нейролингвистическому программированию, которые были разработаны в паранормальном отделе КГБ и утекли к организованным преступным группировкам через отвалившиеся в девяностые республики. Теперь эти ОПГ из сопредельных государств кошмарят граждан СНГ таким огромным валом мошенничества, что ничто с этим ничего не может поделать.
— Генерал, вы думаете, что он может быть полезен или опасен?
— Я не думаю, Аркадий. Я собираю информацию. Вернее, это ты должен её собрать. Собери команду самых незаметных и вменяемых ребят. Никаких грубых залётов с обысками и давления. Внедритесь, посмотрите на эту богадельню изнутри, послушайте эти их «лекции». Проверь их финансы, но тихо. И главное — присмотритесь к самому Иванову.
— Заниматься этим бредом, когда у нас есть более важные дела, от которых зависит безопасность страны… — с отвращением произнёс Кротов.