Дверь распахнулась с пушечным грохотом — хлипкий шпингалет просто вырвало из деревянного косяка.
— Поля! — в проёме вырос Сергей, в глазах плескалась чистая паника.
Картина предстала феерическая: я, совершенно нагая, сижу на дне ванны, замотанная в полиэтилен, сверкая мокрыми коленями и отплевываясь от воды.
— Ты жива?! — он не раздумывал ни мгновения.
Сергей в два шага перемахнул через порог и шагнул прямо в ванну в джинсах и носках. В эту же секунду бунтующая лейка душа крутанулась на шланге и с размаху окатила его мощной струёй прямо в лицо и торс.
— Чёрт! — глухо рыкнул он, перехватил шланг и вырубил смеситель.
Его плотный серый джемпер промок насквозь за секунду, облепив широкие плечи и мощный рельеф груди, мокрые пряди волос упали на лоб. Он наклонился надо мной, сорвал шторку и без лишних слов подхватил меня под мышки и за талию.
— Нога… кажется, ушибла, — всхлипнула я, хватаясь за его мокрые плечи.
Он поднял меня легко, будто во мне не было веса. Я попыталась опереться на ступню, охнула от боли в копчике и щиколотке и инстинктивно вжалась в него всем телом.
Ванная комната была крошечной, воздух — густым от пара. Моя абсолютно голая, мокрая грудь впечаталась в его влажный джемпер, чувствуя каждый удар его бешено колотящегося сердца. Вода ручьями стекала по моим бедрам, прижатым к его мокрым джинсам.
И именно в этот момент я совершенно отчётливо, сквозь грубую мокрую ткань денима, почувствовала, как в меня упирается нечто твёрдое и пульсирующее.
Сергей замер. Его дыхание сбилось, превратившись в тяжёлые, рваные вдохи. Руки, державшие меня за талию, медленно и властно скользнули вниз — на мои мокрые, обнажённые ягодицы, приподнимая и ещё плотнее вжимая меня в свой пах.
Капли воды падали с его тёмных ресниц мне на губы.
— Поля, — его пальцы сжались на моей коже так собственнически, что у меня перехватило дух. — Скажи мне прямо сейчас уйти. Потому что если ты этого не сделаешь, мы из этой ванной сегодня не выйдем.
Глава 3
Воздух между нашими губами был настолько раскалённым, что, казалось, вдохни ещё глубже и обожжёшь лёгкие. Я смотрела в его потемневшие, ошалевшие от желания глаза, ощущала каждую пядь его мокрого, сильного тела, прижатого к моему, и чувствовала, как весь мой привычный, рациональный мирок с грохотом летит к чертям.
«Скажи мне прямо сейчас уйти…»
Ага, уйдёшь тут. Во-первых, куда? За стенами отеля бушевал настоящий ледяной апокалипсис. А во-вторых, даже если бы я очень захотела сбежать, моё тело предательски висело на его руках, а ушибленная лодыжка пульсировала такой тупой, острой болью, что в глазах темнело.
— Сергей… — сдавленно выдохнула я, судорожно сжимая пальцами ткань его мокрого джемпера. — Донеси… донеси меня до кровати. Пожалуйста. Потому что, если я сейчас сделаю хоть шаг, я снова красиво улечу носом в кафель.
Он тяжело, шумно втянул носом воздух, будто пытаясь нечеловеческим усилием воли вернуть себе контроль. Желваки на его точёных скулах окаменели.
— До кровати. Разумно, — его голос прозвучал глухо, с вибрирующей хрипотцой.