Заключённые выстроились в линию по одному человеку. Вдоль строя прошло двое охранников в черной броне.
— Вперёд, господа. Думаю, многие из вас знают дорогу, — произнес один из них, демонстративно похлопав по одетой в перчатку ладони дубинкой — электрошокером.
Спорить с ним я не стал, направившись на досмотр.
Всех новоприбывших согнали под навес и приказали построиться строем. Несогласных не нашлось. Невольно оценил своих новых соседей. Пара тряслись как осиновые листы. Вряд ли такие выживут тут. Один парень дергался и бормотал что-то под нос. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы заметить следы от игл, тянущихся от запястий до локтевых сгибов. От этого утырка стоит ждать любой глупости. Когда начнется ломка, он сможет озвереть настолько, чтобы не чуять боли и не осознавать, кто перед ним. Скорее всего его удавят свои же, чтобы ночью не оказаться с перерезанной глоткой.
Чуть поодаль от меня оказался странный мужик со свежими ожогами на лице, где совсем недавно красовались татуировки. Скорее всего решил скрыть свою принадлежность к одной из городских банд. Не самый удачный маневр. Выяснить чей он, труда не составит. А его соплеменники не простят такого предательства. Заметив мой интерес, мужик оскалился, показав заточенные под клыки зубы. Зря он так. Меня запугать не выйдет. Да и ждать подвоха ему следует не с моей стороны.
— Не тормози. Становись в рамку, — пробасил дюжий охранник и для верности ткнул меня дубинкой в бок. Вышло неласково.
Я повиновался, что было несложно. Ведь ноги у меня все еще оставались скованы. Передвигаться приходилось мелкими шажками. Однако на постамент с рамкой я взобрался относительно легко.
— Запрещенные препараты, оружие, яды имеются?
— Нет.
— Значит, обойдемся без полного досмотра, — скривился охранник, явно предвкушающий унижение другого заключенного. — Становись на ступень и подними руки.
Я выполнил все манипуляции. В какой-то момент по всему телу прокатилась странная волна напряжения. Будто статическим электричеством меня окатило.
— Иди дальше. И не сдохни в ближайшие дни, Венедиктов.
Хохотнув собственной шутке, он щелкнул шокером и отвернулся.
Я направился было в сторону хозблока, как меня поманил к себе другой верзила в шлеме.
— Не спеши, уродец, — он наслаждался моим непониманием. — тебя хочет поприветствовать хозяин. Чем-то ты заслужил такую честь.
Я бы не стал считать это заслугой. Но под угрюмыми взглядами других заключенных, освобожденный раньше них от оков на ногах, я зашагал в административный корпус. Ох, и не нравится мне все это. Добром такое не кончится.
* * *
На месте начальника лагеря был какой — то мужик в строгом черном костюме. Он сидел за столом листал какую — то папку. — Заключённый Венедиктов по вашему приказанию прибыл.
— Ба! Кого я вижу? Константин Венедиктов! — мужик уставился на меня холодным злым взглядом, а тонкие губы растянулись в глумливой усмешке. Мужик вообще сиял, точно колокол на Пасху с той самой минуты, как я, закованный в браслеты, переступил порог его кабинета.
— Я ознакомился с вашим личным делом, — он положил на стол фото. На меня уставилась фотография с номерной табличкой в руках.На фоне ростовой полицейской линейки. Я как то недобро косился в объектив камеры. Ну точный уголовник.