Закрыв калитку, я прогулочным шагом направилась к кладбищу. Хорошо хоть кроме меня в нашем городке не нашлось чудаков, желающих лихо сэкономить на недвижимости. Лишние свидетели мне не к чему.
Преспокойно проникнув на территорию кладбища, я огляделась по сторонам. Прошлое мое укрытие из сирени оказалось не слишком-то надёжным, хоть и обеспечивало беспрепятственный путь к отступлению. Но сегодня я планировала докопаться до истины, раскусив планы столичного мага. Вот потеха будет, если он решит резко прекратить ночные прогулки.
Отринув пораженческие мысли, я обосновалась за старым склепом, недалеко от входа, расстелила плед, поставила на него лампу, рядышком лопату пристроила. Ну чисто пикничок на свежем воздухе! Надо было ещё бутербродов прихватить.
Со стороны забора меня прикрывала знакомая сирень, а от тропинки отделял куст орешника и гипсовая статуя козы. На сколько я помню, этот склеп принадлежал бывшему бургомистру, в народе прозванному, скажем так, мужем козы. А эта статуя — подарок от благодарных горожан.
Потушив лампу, я с удовольствием вдохнула прохладный ночной воздух, из-за тучек время от времени проглядывала растущая луна. Тишина.
Я уже подумывала немного подремать, когда за забором послышался нарастающий гул. На секунду я растерялась, но, раздвинув ветки сирени, убедилась, что это подъехала магическая повозка. Из неë выбрался маг, огляделся по сторонам и достал с заднего сиденья лопату. Вот это номер! Я покосилась на свой инструмент, в случае чего можно будет организовать битву века. У меня, как садовода со стажем, вырисовывается явное преимущество.
Скрипнули ворота, и маг двинулся к центру кладбища, попутно раскидывая голубые шары. Они послушно зависали в воздухе, обеспечивая отличный обзор. Я вжалась в стену склепа, надеясь, что орешник сможет меня прикрыть.
Но, кажется, магу не было никакого интереса прочесывать кладбище в поисках незаконно отдыхающих, он остановился у одной из могил, что-то невнятно пробормотал и взялся за лопату. Эх, молодежь, никакой сноровки! Маг копал добрых полчаса, за это время он успел расстаться с пальто и жилетом. Я всё гадала, дойдёт ли очередь до рубашки, но мужчина резко остановился, кое-как выбрался из ямы и уселся прямо на надгробную плиту соседней могилы. Волосы растрепались, рубашка облепила мускулистый торс, из закатанных рукавов виднелись сильные руки. Красота, одним словом. Прямо не некромант, а ходячая иллюстрация к садовому календарю.
И тут всю кладбищенскую романтику нарушил нечеловеческий вопль. Кровь застыла в жилах, я покрепче обхватила лопату, готовая дорого продать свою жизнь. А маг даже не вздрогнул, с любопытством наблюдая, как из разрытой могилы пытается вылезти оживший мертвец.
Я с трудом подавила рвотный рефлекс. Этот парень сохранился весьма скверно: на костях виднелись жалкие ошмётки плоти и одежды, а уж какой аромат он источал! К счастью, двигался мертвяк весьма заторможенно, неловко хватался за края ямы, пытался подтянуться и с грохотом возвращался на дно могилы. Маг смотрел на эту картину с исследовательским интересом, не предпринимая никаких попыток помочь или упокоить уже, наконец, бедолагу.