— Рикард? – нахмурился Эдвин и вспомнил этого служаку, которой иногда приезжал к нему в замок, привозил письма из дворца.
— Да, Ваша милость, господин Рикард наш будущий король.
Эдвин отпустил слугу, вернулся в карету, приказав кучеру возвращаться домой. Во дворце ему делать нечего. Этот Рикард, с которым он почти никогда не общался, занял его место на престоле. Обида сдавила грудь.
Вернувшись домой, он написал дядюшке письмо, что прибыл в столицу по его величайшему повелению, но из-за болезни, которая скрутила его в дороге, не сможет прибыть во дворец, чтобы разделить его радость по поводу обретенного сына и будущего наследника. Дядя ответил ему, прислав посыльного с письмом, которое оказалось слишком сухим и каким-то казенным: «…надеюсь, что на коронацию ты прибудешь. Ты же не забыл, что ты до сих пор являешься моим родственником?»
Эдвин жил в своем доме, никуда не выходил, никого не принимал. Он только слышал, как слуги шепчутся о сыне короля, пересказывая ходящие по городу небылицы. Даже была одна о несравненной красоте жены этого Рикарда. Но все это не трогало Эдвина, он жил с какой-то темной пустотой в груди.
В Храм, где проходила коронация Рикарда, он прибыл вопреки своему желанию. Дядя прислал посыльного с письмом, в котором строго на строго приказал быть в Храме. Он надел свой самый черный наряд, чтобы показать, как относится ко всему этому. В Храме Эдвин снова ловил на себе женские взгляды, здесь были и его прежние любовницы. Он также виде Пьера, которого стражники не подпустили к Эдвину, как к члену королевской семьи, но даже ничего не сделал, чтобы друга пустили к нему.
Он стоял и смотрел, как этот Рикард шел к алтарю вместе со своей женой. Эдвину стало интересно, какая же она – его жена. Но сколько ни присматривался, а через белое покрывало на ней так и не увидел ее лица. Он стоял и скучал, глядя в потолок. Когда Его святейшество назвал имя будущей королевы, сердце Эдвина сорвалось с места. Не может быть! Эвелина? Он снова стал всматриваться в женский силуэт, скрытый под белым покрывалом, но увидеть лицо не смог. С нетерпением он ожидал приема в королевском дворце, где королева снимет свой покров. И когда это произошло, он словно оказался в кромешной темной пустоте – его Эвелина, его маленькая жена стояла рядом с Рикардом и улыбалась мужу. Никогда так она не улыбалась ему – Эдвину, открыто, широко, с любовью в глазах. В Рикард смотрел на нее с восхищением и нежностью, не отпускал ее руку.
В груди закрутилась ярость, которая толкала совершить то, что ему никогда не простят – схватить ее и увезти, а ее мужа убить, чтобы он никогда не встал между ним и Эвелиной. С огромным трудом герцог сдержал себя, даже нашел в себе силы подойти к трону и поздравить скупым кивком нового короля, за что получил ободрение от дяди. Зато долго не мог отвести взгляда от лица Эвелины, которая стала еще прекраснее. Она смотрела на него новым взглядом, в котором было только спокойствие и уверенность в себе. Он еще бы стоял напротив королевы, но кто-то толкнул его в спину, требуя освободить место.