От ее слов он вздрогнул всем телом, словно она всадила острый клинок прямо ему в сердце. Эвелина заметила это и грустно улыбнулась.
— Тебе было достаточно рассказать мне о матери, и я бы показала тебе, что я – не она, я любила тебя, хотела быть с тобой и дарить счастье. Но тебе этого не было нужно, ты снова и снова мстил мне за свою мать. Зачем? Неужели тебе месть была слаще, чем наша любовь?
Каждое ее слово раз за разом ранило Эдвина. Он стоял и с трудом удерживал себя на ногах. Хотелось упасть перед ней на колени и просто умолять простить.
— Знаешь, я даже благодарна тебе за то, что ты выгнал меня тогда из своего дома. Пусть бы ты изменился, возможно даже позволил себе любить меня, но я больше не смогла бы жить с тобой. Я никогда не простила бы тебе наших нерожденных по твоей вине детей, своих унижений, сломленную меня, твою ненависть. Я знаю, что ты искал меня и приготовил для меня золотую клетку, откуда никогда бы не выпустил. Именно поэтому я больше не хотела быть с тобой. Пусть наш дом с Рикардом на границе был мал, но там нам было хорошо. Там вместе с нами жила любовь, там родились наши дети.
— Дети? – болезненный взгляд герцога впился в лицо женщины.
— Да, Эдвин, дети, — она улыбнулась нежной улыбкой матери. — Сын и доченька, которых Рикард сам принял в свои руки, когда я родила их. Он безумно любит их. И я счастлива, что скоро подарю ему еще одного ребенка. Знаешь, какое это счастье обнимать свою семью? Мой муж никогда не стыдился своих чувств, они всегда делали его сильнее. Он шел сражаться с врагами и знал, что дома его ждем мы. И он всегда возвращался туда, где его любят. А ты? Ты бы вернулся ко мне?
Эдвин пошатнулся, чтобы не упасть, он схватился руками за кресло, тяжело задышал. «Дети. Она родила кому-то детей. Не ему. Другому. И ждет еще ребенка».
— Так что ты еще хотел спросить, герцог? – спокойный голос Эвелины добивал мужчину.
— Больше ничего, Ваше величество. Благодарю за аудиенцию.
Он нашел в себе силы повернуться и четким шагом выйти из кабинета. Он шел по длинным переходам дворца и никого не видел. Та, о которой он думал все последние годы, простыми словами убила его. «Семья», «Любовь», «Дети» — разве это мало, что она могла бы дать ему? Почему он все время цеплялся за какую-то обиду на свою мать, на своего отца? Почему не позволил себе любить эту девочку, этого светлого ангела, которая ждала от него хоть немного любви? Покорность. Он хотел от нее покорности. А сделал королевой. Но рядом с ней сидит другой мужчина, которому эта девочка родила двоих детей и ждет его дома, дарит свою любовь.
В этот же день Эдвин приказал готовить карету, чтобы отправиться обратно в замок. Оставаться в столице, где его Эвелина счастлива с другим, он просто не мог.
* * *
Когда за герцогом закрылась дверь, Эвелина закрыла глаза. Ей очень трудно, почти невыносимо далась эта встреча. Пусть с виду она была спокойна, но внутри кричала ее старая боль за нерожденных детей, за все обиды. Ее держало только одно – она знала, что рядом с ней в соседней комнате находится тот, кто никогда не сделает ей больно. Он скорее убьет себя, чем позволит ей плакать.