Рощин кивнул, так и не обернувшись.
— Так нужно, ты прав, — проговорил Рощин, скорее себе, чем Борку. — Он бы вырос. Стал охотиться. Всё верно.
— Борк знает, как надо. Борк охотник много-много зим, — довольно хмыкнул неандерталец из темноты. — А Сей добрый. Сей жалеет всех. Сея могут съесть. Завтра мы начнём делать шкуры.
— Хорошо, — кивнул мужчина. Что ж, в своей жизни он видел всякого. И думал даже, что уже успел очерстветь, оказывается, пока ещё нет. Нужно с этим бороться, а то так точно однажды сожрут. — Завтра сделаем шкуры.
Подойдя к костру, который успел развести приятель, пока он пялился на картинки, и протянул к нему руки, не мешая неандертальцу разделывать туши. Минут через пять понял, что сидеть и рефлексировать бесполезно и глупо, и отправился помогать.
Работали они до позднего вечера. Пересыпав последние куски мяса солью, он подвесил несколько самых сочных над огнём, чтобы те хорошенько прожарились. Жрать хотелось неимоверно. А ещё нужно было подумать, где завтра сделать коптильню и как сварить тушёнку, а ещё в чём её хранить. А что, идея ему показалась хорошей.
Снятые шкуры растянули на палках, чтобы хорошенько растянуть. Мех был густым, тёплым. В такой куртке зимой не замерзнешь точно. Или можно будет использовать как одеяло.
— Ну что, кажется, мы нашли с тобой весьма неплохое жилище, — сказал Рощин, садясь у очага. — Завтра решим, с чего нужно начать подготовку к зиме и обороне.
Борк кивнул, засовывая в рот очередной кусок мяса. Шашлык из медвежатины, приправленный солью, ему очень понравился.
— Борк думает, — сказал он. — Что Сей пришёл не просто так.
— Может быть, — Рощин пожал плечами. — А зачем, как думаешь?
Тот лишь пожал плечами в ответ. Видимо, и сам этого не знал.
— Завтра надо будет сделать больше ловушек, — Алексей вздохнул, хлопая себя по коленям и поднимаясь с камня. — А ещё ловчие ямы.
— Борк сделает, — ответил неандерталец, уже ковыряясь пальцем в зубах. — Борк умеет копать.
— И думаю, нужно прогуляться по округе. Разведать, что тут есть интересного.
— Борк смотрел, когда шёл. Внизу есть ручей. И лес.
— Лес, слушай, а это хорошо, — Алексей кивнул. — Будет много дров. И дичь тоже.
Проснулся он рано, оставив Борка на хозяйстве заниматься шкурами; сам он это особо не умел, взял копьё и полез вверх, на скалу. Нужно было осмотреться. Вид сверху был просто шикарный. Внизу под ними расстилалась широкая зелёная долина, уходящая до самого горизонта. Блестела ленточка то реки, то ли ручья. А на склонах он заметил пару стад овец или коз. И решил, что это хорошее подсобное хозяйство.
Спустившись вниз, направился к ручью, где первым делом присел на корточки, чтобы зачерпнуть воды и напиться, но вдруг замер.
На мокром песке мужчина заметил человеческие следы босых ног. Шли они от ручья вверх по склону, в ту сторону, откуда они пришли. Чуть поодаль Алексей отыскал обломок ножа и зачем-то сунул его в рюкзак.
— Борк, — вернувшись в пещеру, он сунул обломок неандертальцу. — Смотри, что я нашёл.
— Тут живут люди, — Борк заявил это с таким видом, словно бы сам Рощин мог этого не понимать.