— А какие люди, которые злые, как ты это определяешь?
— Не знаю, — Борк пожал плечами. — Просто вижу. А ты нет? Я думал, все видят это.
Рощин задумался, но что-то ему подсказывало, что он разбирается в людях куда хуже неандертальца. И это немного печалило. Но, решив, что не стоит портить этими мыслями вечер, перевёл тему.
— Ладно, — сказал он. — Поживём — увидим. Чего сейчас об этом думать. Верно?
Владелец пещеры отвечать не стал. А потом, ещё немного посидев у костра, Алексей почувствовал усталость. И решил, что пора отправляться отдыхать. Пожелав Борку доброй ночи, улёгся на шкуру, подложив рюкзак под голову, и уставился в потолок.
Хозяин же устроился у входа. Сказал, что ещё немного посидит. Нужно было поправить копьё.
Глава 3
Проснулся Алексей глубокой ночью от собственного крика. Мужчина резко вскочил, даже не заметив, что плечо вновь прострелило болью. Опираясь руками о грубую шкуру, он сидел на камне, который был ей застелен, и тяжело дышал. По спине катились капли пота, в ушах гулко бухало сердце, а глаза не могли различить ничего, кроме красных углей догорающего уже костра. Ни к месту пришла мысль, что зимой Борк, наверное, сильно мёрз, ведь некому было помогать поддерживать ему огонь до рассвета.
Огонь — именно он и стал причиной этого истошного вопля, что разбудил мчсника. Ему приснился низовой пожар, что и стал причиной его появления тут. Ну а потом словно прорвало плотину. Академия, Сибирские леса и пожары, Маркин, крики в рацию и бегство сквозь горящий как факел лес. И наконец знакомство с племенем кроманьонцев. А потом и неудавшаяся попытка его убить. Тогда он и не обратил внимания на то, что на скале над его головой кто-то был, но память услужливо подкинула это воспоминание. Тёмный силуэт, что столкнул первый камень. Вот только кто это был? Разглядеть тогда не удалось: солнце стояло как раз за спиной этого человека и слепило Рощина. Но то, что его хотели убить, — это точно.
— Тихо, — из темноты раздался голос Борка, послышалась возня, видимо, укладывался поудобнее. — Чего кричал? Духи мучают?
Алексей раздражённо сжал кулаки. Хорошо неандертальцу — он всё может объяснить духами.
— Нет, — Рощин выдохнул, чувствуя, как дрожат руки. — Не духи. Я просто, кажется, вспомнил, кто я такой.
По каменному полу зашлепали босые ноги, и огромная фигура пещеровладельца заслонила красноватый свет костра. Подкинув пару веток, он раздул угли и уселся на камень рядом со своим гостем.
— Рассказывай, — коротко бросил он. — Борк послушает.
Алексей сел поудобнее, обхватил колени руками, совсем как в детстве; тогда эта поза спасала от всех бед, но сейчас совсем не помогала, и уставился на огонь, решая, с чего начать. А потом и сам не понял, как выпалил:
— Начнём с того, что я вообще из другого времени. Я жил в эпоху технического прогресса, искусственного интеллекта, а попал к вам, в каменный век. Да я вас раньше только на картинках в учебнике видел, а теперь… — он махнул рукой. — Теперь вот вымирать буду вместе с вами.
— Борк знал, — Борк кивнул, будто это было очевидно. — Борк говорил.