– А дети? – вновь подаю голос. – Общие дети у них есть?
– Есть, – кивает Надя. – Сын. Как две капли воды на Изверговича похож.
– Так, может, они из-за сына поссорились? – предполагает кто-то.
– А что из-за него ссориться-то? Здоровенный лоб.
– Ну да… Тогда чего ей нужно?
– А чего мы гадаем, девочки? – вдруг оживляется та самая девушка, имени которой я не помню. – У нас же вот тут, – она указывает на меня, – его новая секретарша сидит!
Почти десяток пар внимательных женских глаз тотчас обращаются ко мне.
– А ведь точно, – Надя проходится по мне долгим оценивающим взглядом. – Полин, ты ведь прям в соседнем помещении с Базаровым работаешь.
– Ну да… – подтверждаю несколько заторможенно. А потом спешно добавляю: – Но я ничего не знаю. Честное слово!
– Пока не знаешь, – говорит она, делая интонационный акцент на слове «пока». – Но ты же можешь разведать обстановку?
Вперяю в нее непонимающий взор.
– Что значит «разведать»?
– Ну что ты как маленькая, Полин? – посмеивается. – Пройдешь пару-тройку раз мимо двери босса… Авось услышишь что-нибудь интересное.
От изумления брови ползут на лоб.
– Вы что же, хотите, чтобы я… шпионила за Базаровым?
– Ну почему сразу «шпионила»? – оскорбленно вставляет Зиночка. – Вы же можете аккуратненько разузнать, что там и как… Во имя общественных интересов!
– Но это же их личное дело… – возражаю неуверенно.
– Было бы личное, они бы дома у себя разборки устраивали, – резонно замечает Надя. – А раз Горгулья к нему в офис пришла, значит, это и наше дело тоже. Вдруг она свою долю назад решила оттяпать? Разве мы не должны об этом знать?
Женский коллектив одобрительно галдит, поддакивая.
– Я так считаю, девочки: когда у руководства терки, подчиненные должны держать ухо востро! – окончательно распаляется безымянная. – От этого наша судьба зависит!
– Верно, – вставляет Зиночка. – Это, можно сказать, наш гражданский долг!
Женщины многозначительно кивают, разделяя озвученную позицию.
А еще через мгновение всеобщее внимание вновь сосредотачивается на мне.
– Полин, ты пойми, у нас так заведено: интересы коллектива превыше личных, – внушительно произносит Надя.
И снова синхронные кивки.
Да е-мое! Прямо ловушка какая-то…
Очевидно, что выбор у меня невелик: либо буду шпионить за боссом, либо стану изгоем, едва устроившись на работу. И то, и то максимально неприятно…
Нет, понятно, что в случае моего отказа травить меня никто не станет. Мы ведь не в школе уже. Но доверия явно поубавится… Да и не хотелось бы мне, если честно, портить отношения с бухгалтерией. Не те это люди, с кем стоит конфликтовать.
– Ну… хорошо, – наконец отвечаю я, мысленно взвесив все «за» и «против». – Я попробую докопаться до сути. Но обещать, сами понимаете, ничего не могу.
– Конечно, Полин, мы же взрослые люди, – ободряюще подмигивает Надя. И, подавшись чуть вперед, заговорщически добавляет: – Ты главное к двери слишком близко не подходи. Чтобы в случае чего сделать вид, что просто мимо шла.
Глава 17.
На рабочее место возвращаюсь нехотя. Я пообещала бухгалтерам, что принесу им что-нибудь «горяченькое» про босса и его бывшую жену, но на самом деле не собираюсь подслушивать и уж тем более доносить. Скажу, что ничего толкового не услышала – и дело с концом.