Когда музыка закончилась, Лора не сразу поднялась.
— Оставляем? — спросила она.
— Обязательно.
В день приема я проснулась раньше Марты и полежала, перечисляя в уме дела. Потом вспомнила, что большую часть мы уже сделали вчера, и осталась в постели еще на несколько минут.
После обеда я зашла на кухню. Тина показала готовую закуску, попросила передать помощнице чистые полотенца и вернулась к печи. Пахло луком, теплым хлебом и яблоками. Здесь все шло своим чередом, и я наконец перестала придумывать себе срочную работу.
Наверху Марта разложила на кровати два платья. Я выбрала зеленое, без тяжелой отделки, с открытой шеей и небольшими пуговицами на рукавах. В нем было удобно сидеть и свободно двигаться. Волосы мы убрали так, чтобы они не падали на лицо.
Застегивая последнюю пуговицу, Марта спросила:
— Эту прядь оставить?
Я посмотрела в зеркало. Возле виска лежал мягкий завиток, который она прежде всякий раз закрепляла шпилькой.
— Оставить. Мне нравится.
Она поправила его кончиком пальца и отошла за шалью.
Я снова взглянула на отражение. Хотелось спуститься и увидеть, как дом наполнится людьми.
Первыми приехали аптекарь с женой. Она сразу узнала меня и тихонько спросила, не слишком ли рано. Я заверила, что мы готовы, приняла у нее накидку и позвала Марту.
За ними прибыли еще двое гостей, потом портниха с племянницей. Я старалась не путать имена, показывала, где оставить вещи, знакомила тех, кто приехал один. Девушка оглядывалась на инструмент и совсем не интересовалась мной. Это почему-то особенно успокоило.
Дамиан появился за несколько минут до начала. Я услышала его голос в передней, прежде чем увидела самого, и только тогда поняла, что все это время ждала именно его.
Он отдал перчатки Марте и повернулся ко мне.
— Я не опоздал?
— Нет. Еще успеете занять место.
Его взгляд задержался на моем лице, потом скользнул к плечам и вернулся. Я почувствовала, как теплеют щеки, хотя он не сказал ничего такого, от чего полагалось смущаться.
— Вам идет этот цвет, — произнес он негромко.
— Спасибо.
Мне захотелось ответить что-нибудь легкое. Вместо этого я поправила шаль, которая вовсе не сползала, и повела его в гостиную.
При появлении герцога несколько человек поднялись. Разговоры стихли не полностью, но изменились: голос аптекаря стал ниже, а его жена торопливо разгладила юбку. Дамиан поздоровался, пожав руку мужчине у двери, и остановился возле свободного стула.
— Здесь можно?
Я кивнула. Он сел рядом с пожилым господином, который до этого расспрашивал племянницу портнихи об уроках, и попросил продолжить: кажется, речь шла о певице, которую тот слышал в столице.
Через несколько минут стало легче разговаривать и остальным. Я еще раз посмотрела на часы, убедилась, что все на месте, и встала возле инструмента.
Сказать требовалось совсем немного: поблагодарить за приезд, представить Лору и певицу, объяснить, когда будет перерыв. Я произнесла это без заготовленной речи. Голос сначала звучал немного выше обычного, но потом выровнялся.
Лора улыбнулась мне и положила руки на клавиши.