– Брюс – имя символическое, – наконец уступил он, приоткрыв для меня завесу еще одной своей тайны. – Все, кто знаком с семьей Маршалл, знают это. На протяжении девяти поколений мужчины в нашей семье дают сыновьям два имени. Одно – настоящее, а другое – имя моего покойного деда, то есть Брюс. В документах указываются оба, но настоящее то, что первое. Например, Маркус Брюс Маршалл. Для чужих он Брюс, а для нас – Маркус. Это стало своего рода семейной традицией, и мы ей очень преданны. В моей семье много мужчин, чье второе имя – это Брюс, и мой отец не исключение.
Кажется, это была самая его длинная речь за все это время. Обычно он отвечал коротко.
Узнав, что у него есть семья, я обрадовалась. На самом деле я никогда не думала, что он тот еще приверженец традиций, потому как казался мне человеком, не признающим никаких правил.
–Если у тебя будет сын, второе имя у него тоже будет Брюс? – почему-то не удержалась я от смешка.
Стоило ему заметить мою улыбку, как его взгляд смягчился.
– По-твоему я похож на того, кто следует правилам? – поддел он меня. – К тому же я не собираюсь заводить семью, а тем более становиться отцом!
Я уже поняла, что в нем уживался мятежный, бунтарский дух. Но о том, что он против брака и детей, узнала только сейчас.
Сегодня я хотела, чтобы он ответил на все мои вопросы, поэтому спросила:
–Ты когда-нибудь кого-то любил? – Мое сердце забилось быстрее. Все мое существо было сосредоточено на его ответе, и я даже перестала дышать.
Его лицо вмиг помрачнело.
– Только один раз, – сказал он. – Ни до, ни после этих отношений у меня никого не было, только она одна.
В его взгляде, помимо гнева, промелькнуло еще одно чувство – тоска… Да, я была уверена, что это именно она.
– Тогда я был подростком и допустил глупую ошибку.
Его честность вновь вызвала у меня восхищение. Возможно, именно из-за прошлого он больше не хотел ни к кому привязываться. Мне хотелось спросить, по какой причине они расстались, однако я знала, что он не ответит, и поэтому промолчала. Вот только ребенок внутри меня хотел поиграть. Может, я смогу его немного взбодрить?
Я встала с кровати и, указав на него, сказала:
–Почему ты ее бросил?
Он тяжело вздохнул, будто эта тема его утомляла.
– Этот вопрос не для обсуждения, немая.
Раз он назвал меня так, значит, был спокоен.
Сделав к нему шаг, я приложила руку к подбородку, словно задумалась.
–Ты ей изменил, да? Ах, ну конечно, ты же не из тех, кто строит отношения. Вот что происходит, когда собираешь мед с каждого цветка.
Вздернув бровь, он бросил на меня неодобрительный взгляд. Кажется, ему хотелось, чтобы я замолчала.
– Прекрати, немая! – Я почувствовала, как он начинает злиться. Но решила не останавливаться, пока он не назовет меня «полукровкой». Только тогда я пойму, что он по-настоящему рассердился.
Почему его гнев доставлял мне удовольствие?
Я сделала еще один шаг и выпалила то, о чем даже не подумала, и что, как мне казалось, уж точно не могло быть правдой:
–Или это она тебе изменила? – и засмеялась. Я никогда бы в это не поверила, ведь он обладал красотой и силой, о которых мечтает каждая девушка.