– Тебя что-то тревожит? – подошел он к другу.
Эрих оторвался от колонны. Вид у него было задумчивый.
– Может быть, друг мой. Может быть… – ответил он.
Они поднялись на балкон. Дрю упер руки в холодный мрамор перил и, глядя в затянутое тучами небо, сказал:
– Говори, Эрих. – По голосу друга он понял, что что-то явно было не так.
Эрих, сложив руки на груди, усмехнулся.
– Если ты настаиваешь, тогда почему бы и нет, – проговорил он шутливо, хотя Дрю знал, что он этого так и не сделает.
Отойдя от перил, Дрю направился в коридор, оставив позади смеющегося Эриха, но тот крикнул ему в спину:
– Ладно, раз уж так настаиваешь, то расскажу! – Эриха забавляло, что даже с близкими людьми Дрю едва мог перекинуться словом. Его постоянная серьезность казалась ему скучной, однако он также прекрасно знал, что был для Дрю единственным другом, ибо мало кто вообще мог выдержать его нрав.
Призрак медленно повернулся и предупредил:
– Послушаю, если коротко. – Он не был готов одновременно иметь дело и с Маркусом, и с болтливым Эрихом.
– Ученые… – начал Эрих, и вся его радость тут же исчезла. – В последнее время они собираются слишком часто. В свои дела они меня не посвящают, и от этого мне очень тревожно. – Теперь он точно был в этом уверен: в школе творится нечто неладное. И ему нужно было как можно скорее выяснить, что именно, прежде чем станет еще хуже.
Дрю посмотрел на друга, который все еще сохранял серьезный вид.
– То есть ты жалуешься мне на то, что коллеги тебя игнорируют? – И кивнул в знак понимания. – Если хочешь, я могу их всех убить.
Такое легкомысленное отношение к смерти рассмешило Эриха, и он решил, что Дрю всего лишь шутит. Да, его друг был опасен, но не настолько, чтобы кого-то убить.
– Нет, друг, – ответил Эрих, – это не просто игнорирование. Они что-то замышляют. – И сделал небольшую паузу. Дрю отнесся к его словам с сомнением, считая, что тот склонен преувеличивать.
– Даже если это и так, все со временем вскроется. Не забивай себе голову, – решил закрыть он тему, хотя вскоре сам убедится, насколько Эрих был прав. Тогда он и помыслить не мог, какие беды придут из-за того, что казалось совсем несущественным.
Он уже собрался уходить, но слова Эриха вновь заставили его остановиться.
– Твои анализы, Дрю… – прошептал тот и с горечью посмотрел на друга. – Они совместимы с Ешиль. Сердце, которое мы так долго искали, все это время было у тебя.
Результаты анализов его друга и племянницы оказались положительными. Именно его сердце они искали на протяжении стольких лет. Какая же все-таки ирония: их сердца бьются друг для друга, но только одному из них суждено остаться в живых.
Осознание этого причиняло Эриху немыслимые страдания. Он желал, чтобы Ешиль жила, но ее жизнь не должна была стоить чужой. Что же будет, когда она узнает правду? А Дрю? Действительно ли он готов пойти на такой отчаянный шаг? Эрих хотел знать, но и одновременно боялся услышать ответ – мысли о таком поступке казались ему безумными. И вот он, сказав правду, в конце концов ощущал себя так, словно его побили. Дрю устало, но твердо посмотрел на друга.