В этот раз нам никто не помешал.
Будь у меня по жизни хоть немного меньше гражданской сознательности, наверное, сейчас бы смотрел бы на мир с выражением обожравшегося сметаной кота, которому за это ничего не будет. Но… я вспоминал Айлу, которой в качестве моей жены придётся всё это терпеть и пытался понять, как меня вообще угораздило вляпаться во весь этот блудняк. Потому что теперь, когда фарш назад провернуть при всём желании не получится, мне придётся помимо прочего как-то перераспределять внимание, чтобы никого не обидеть, как-то лавировать между ходилками своих пассий, уделять время… А ведь помимо прочего, у меня есть ещё одна большая и чистая любовь – магия! Которую я тоже никак не хочу обделять своим попаданческим вниманием!
И ведь не сказать, чтобы я сам к этому всему не стремился! Выводом изо всей этой ситуации была одна короткая фраза, с которой я при всём желании не мог не согласиться: Луи – ты долбо… поподанец, который сам себя закопал! И вот из этой позиции мне и предстояло теперь отстреливаться от всего окружающего меня мира.
Рядом пошевелилась просыпающаяся Мелисса.
— Что-то случилось? – сфокусировала она свои большие и слегка испуганные глаза на мне.
— Нет, всё в порядке, Солнышко. – провёл я рукой по шёлковым волосам служительницы Майли, чтобы она не успела ничего лишнего придумать в свою мнительную голову, видя мои охреневшие звездострадания. – Как ты себя чувствуешь?
— Я?.. – девушка… э… гхм… теперь уже женщина прислушалась к себе и расслабленно улыбнулась. – Хорошо… Я… кажется, наконец-то счастлива. Так легко на душе… не страшно…
Я облегчённо выдохнул, мысленно провожая в прошлое все те моменты, в которых наречённную мне богом жрицу колотило от каждого неудачно подобранного слова. До последнего не исключал развития событий, в котором Мелисса вскочит поутру в панической атаке с криками «Что же мы наделали?!». И «Всё это против моей воли!». Даже несмотря на то, что мы уже спали в одной постели несколько раз. Втроём, вместе с Айлой, с которой, блин, тоже ещё предстоит пообщаться на определённые темы.
— Точно всё хорошо? – вновь напряглась вроде бы сомлевшая от моих поглаживаний Мелисса.
— Да, – улыбнулся я девушке и посмотрел на прорывающиеся сквозь плотные шторы солнечные лучи. – Жаль только, что уже утро. И скоро прибежит Катюха будить нас к завтраку…
— Ох! Точно! У тебя же живёт Катерина! – всполошилась Мелисса. Девушка неуклюже сползла с кровати и принялась спешно облачаться в своё жреческое платье.
— Ванна прямо по коридору, — улыбнулся я, любуясь на всю эту неловкую утреннюю суету. – Тебя проводить?
— А? О! Спасибо! Забыла, что у тебя дома всё устроено так. – по лицу Мелиссы пробежала целая гамма эмоций от удивления до восторга и смущения. – Ванная была бы кстати. И нет, провожать не надо. Я помню, как включать воду и где брать мыло.
— Могу потереть спинку! – на лицо сама собой, прямо от прошлого Луи, налезла нахальная улыбочка.
— Сам сказал, что скоро придёт Катерина! Что подумает бедная девочка?
Хохотнул.
— Точно, во имя целостности детской психики я оставлю тебя одну до самого завтрака.