— Суицидник, — ответила я и бросила кейс ему. Марло лениво подхватил его одной рукой, не отрывая вторую от клавиатуры, и взглянул на содержимое жутковато-счастливым взглядом специалиста, которому только что подкинули задачу, способную заменить и ужин, и сон, и человеческую привязанность на неопределенное время. — Но есть ощущение, что уйти ему кто-то помог.
Даже не взглянув на меня, он чуть сощурился и двумя пальцами вытащил чип из посадочного гнезда, поднеся ближе к лицу и разглядывая мелкие надписи на гладком корпусе.
— Почему ты так думаешь? — Отстранённый вопрос ради вопроса.
Рассказать ему всю эпопею? Я точно не выдержу этот аттракцион. Вообще очень хотелось ответить что-нибудь вроде “потому что я не идиотка”, но Марло не виноват, что мир последнюю неделю испытывал моё терпение, чтобы я на нём срывалась.
— Там много всяких мелочей и нюансов, — нехотя произнесла я, почесав висок. — Долго всё размусоливать, давай без прелюдий? Я расскажу тебе всю эту красивую муть, когда доведу дело до внятного состояния, а для этого мне катастрофически нужны данные с Нерва. Ты сможешь их вытащить?
— Теоретически, да, — протянул он с сомнением в голосе и на какое-то время замолчал. С одной стороны, он уже сказал «да», и это было хорошим знаком, а с другой он добавил перед этим «теоретически». — На практике… будет весело.
Он аккуратно положил чип на чёрную пластину сканера, выдвинутую прямо из края стола, и подцепил с соседней панели тонкий диагностический модуль, похожий на хирургический инструмент.
— А на человеческом это как звучит? — Я склонила голову к правому плечу, чтобы лучше видеть его рабочий стол.
— На человеческом: если подойти к нему в лоб, он, скорее всего, обидится и самоубьётся окончательно. — Парень откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу, разглядывая быстро бегущие на небольшом экране строчки кода. — Во-первых, сам Нерв уже знает, что носитель мёртв, значит, часть областей памяти либо уже ушла в архив, либо готовится к отложенному обнулению при любой несанкционированной активности. Во-вторых, если это не гражданская заводская сборка, а что-то кастомное или корпоративно допиленное, там может быть дополнительный сторожевой процесс, который мониторит вскрытие на физическом уровне. Нарушишь давление корпуса, снимешь не тот слой защиты, дашь неправильный импульс на контактную сетку – и внутренний ключ просто сгорит вместе с полезной инфой. В-третьих, даже если я не трону оболочку и пойду через низкоуровневый интерфейс, мне нужен будет слепок его рабочей среды. Не просто питание подать, а создать ему иллюзию, будто он всё ещё находится в доверенном контуре, а не у меня на столе.
— Для воссоздания доверенной среды скину ДНК жертвы, — я тряхнула рукой и открыла синком, тут же принимаясь за поиск упомянутого. — У тебя же есть биопринтер?
— Есть ли у программиста медицинское оборудование? — Он недоверчиво и вместе с тем насмешливо скосил взгляд на меня, будто это невозможно. Я лишь требовательно выгнула бровь и получила в ответ недовольное ворчание: — Да есть, есть. И это ещё не всё. Если на нём стоял персональный лив-протокол, мне придётся эмулировать фоновый рисунок носителя.