— Это нормально? — шёпотом спросил Кайто у Пиявки, глядя на абсолютно белые глаза Кирсаны.
— Понятия не имею, — так же шёпотом ответила она. — Никогда не интересовалась гибернацией. Наверное, да!
Глаза Кирсаны несколько раз дёрнулись, будто какой-то заклинивший механизм, а потом всё же провернулись и заняли продиктованное им природой место. И Кирсана Блок, командир эсминца «Чёрный-три» увидела своих… спасителей.
— Ну, сейчас начнётся… — пробормотал Магнус, опуская взгляд.
И, судя по лицам остальных членов экипажа, они тоже ожидали, что «сейчас начнётся». Что Кирсана, присмотревшись, узнает тех, с кем относительно не так давно общалась по видеосвязи. Из-за кого её корабль тогда превратился в бесполезную груду металла и всё, что она могла — это бессильно наблюдать, как добыча уходит у неё прямо из-под носа.
Впрочем, про то, что в порче корабля виноваты тоже мы, она вполне себе могла до сих пор не знать. Но и упущенной добычи достаточно для того, чтобы администратка крепко на нас взъелась. Её точно по голове не погладили, когда она сообщила, что держала на прицеле самых настоящих преступников, и в итоге они ускользнули неведомо как и неизвестно куда.
Увидев нас, администратка открыла рот, но единственное, что мы услышали — негромкий, будто из последних сил, стон. Параллельно с этим женщина попыталась поднять к голове руку, но и она тоже едва двигалась — дёргано, рвано, нервно. Как будто её поразил какой-то вирус, что ухудшил проводимость нейронов и заставил синаптические сигналы частично теряться на пути от мозга к конечностям.
Да, собственно, почти так оно и было…
Вторая попытка заговорить далась женщине успешнее. По крайней мере, из горла раздалось сипение, которое быстро сменилось на кашель, когда не успевшие разогреться голосовые связки не выдержали нагрузки. Кирсана затряслась в приступе кашля внутри своей капсулы, да так интенсивно, что Пиявка неосознанно потянулась к своей подвязке со всяким медицинским инструментом… Да так и застыла на половине пути.
И правильно. Кодекс не разрешает напрямую игнорировать сигнал «мейдей». А про то, чтобы разводить потом шашни со спасёнными и тем более — тратить на них свои медикаменты, — в кодексе ничего нет.
Кирсана наконец прокашлялась, закрыла глаза на несколько секунд, явно собираясь с силами, и наконец выдохнула, будто на последнем издыхании:
— Где… я?..
Два коротких слова будто бы вынули из неё всю душу, и она снова прикрыла глаза, тяжело дыша. На лбу у неё выступила отчётливая испарина, словно температура тела моментально подскочила до сорока.
Мы переглянулись, и я слегка кивнул капитану, намекая на то, что честь отвечать на вопросы предоставлена ему. Он тоже мне кивнул, показывая, что всё понял, и негромко заговорил:
— Корабль «Затерянные звёзды». А если интересуют космические координаты…
— Нет, — Кирсана отчётливо поморщилась. — Я… Помню. Сколько… прошло?..
Она выдыхала фразы короткими порциями, и после каждой порции чуть морщилась. Словно слова были колючими и на выходе больно царапали горло, не позволяя сказать за один раз всё, что хочется.