Я решительно ничего не понимал…
Посмотрел на Кайто, и по его испуганному и одновременно задумчивому взгляду, понял, что и он ничего не понимает тоже.
— Куски… — тихо прошептал азиат, и мне понадобилась целая секунда на то, чтобы понять, что в этот раз это не очередное азиатское ругательство, а вполне себе общеупотребительное слово.
Слово, которое как нельзя лучше описывало этот корабль.
«Куски», вот как следовало его назвать. Заодно и под пиратскую тематику подошло бы куда лучше.
Кстати, этим же словом можно было обозначить и контингент (экипажем его назвать язык не поворачивался), который нам встречался. То и дело наш путь пересекался с кучками пиратов, большими и маленькими, молодыми и старыми, некоторые даже старше капитана. И среди них не было двух одинаковых, как нет двух одинаковых звёзд в космосе. Кто аугментирован так, что на Мандарине его бы признали за бога и стали ему поклоняться, а кто-то на геномодах сидит так плотно, что уже зарос серо-стальной шерстью, а торчащие из-под верхней губы клыки явно мешают нормально закрывать рот. Кто забит татуировками от пальцев ног до глазных яблок, а кто отрастил все возможные волосы на теле до состояния, когда их можно завивать в косички, да ещё и покрасил при этом в зелёный. Да, и в подмышках тоже.
И, конечно, все при оружии, причём носят его открыто, и даже как-то вычурно — один из встреченных нами даже вживил себе держатель кобуры для бластера прямо в голую грудь, надо думать, чтобы все сразу видели, что он вооружён и опасен. По ходу, у них тут оружие — это примерно такой же кич, как импланты у азиатов на Мандарине.
Унификация? Не, не слышали. Да и не нужна она этим ребятам, эта ваша унификация. Это администраты да корпораты пусть мозги себе пекут всякими умными словами, а тут, на пиратском корабле, царит полная свобода самовыражения.
Но только самовыражения, надо понимать. Свободы творить всё, что в голову придёт, тут нет, и никто разрешения на это не давал. Поэтому проходящие мимо по своим делам пираты с интересом оглядывали нас, но и только. Даже на женскую часть экипажа особо слюни не пускали, что не удивительно — среди них самих женщин было едва ли меньше половины. Такие же «куски» общества, как и мужчины, буквально — оторви и выбрось, — но тем не менее они были.
Ох и оргии тут, наверное, творятся после каждого удачного налёта на какую-нибудь жирную цель…
Когда счётчик поворотов, что мы преодолели, уже разменял второй десяток и я всерьёз начал беспокоиться о том, что где-то ошибусь, пытаясь вернуться по памяти, карлик наконец остановился. Остановился перед большими (не относительно него, а вообще большими) двустворчатыми дверями, искусно покрашенными под дерево.
Возле дверей навытяжку стоял почётный караул из двух пиратов, и это были первые пираты на корабле, которые выглядели хотя бы одинаково. Всё благодаря полным комплектам средней механизированной брони и одинаковым бластерам в руках.
Да уж, капитан Стратос любит повыделываться, надо думать… Впрочем, это было понятно уже по дверям, перед которыми остановился карлик.