Я же это никак не назову. До тех пор, пока не буду знать, что, собственно, произошло в космосе за то время, пока мы торчали на планете, ковыряя наш корабль отвёртками и гаечными ключами. Пока не выясню, как вообще тут оказался «Чёрный-три», что с ним стало и почему Кирсана оказалась единственным выжившим.
Да, единственным! Несмотря на то, что обломков вокруг плавает столько, что хватит на флот целой звёздной системы, сигнал «мейдей» был всего один — от капсулы Кирсаны. И, как только мы её подобрали, космос снова затих и затаился в ожидании новых жертв, попавших в его невидимые сети.
Кори, прищурившись, критически осмотрела администратку, и охнула:
— Это же… Это же!..
Она явно узнала ту суку, из-за которой её любимый корабль сначала получил критические повреждения, чуть не лишившие весь экипаж жизни, а потом и вовсе — врезался во врекерскую станцию!
— Это та тварь! — выпалила Кори, и, если бы Кирсана сейчас была в сознании, наверное, она бы даже испугалась. — Убью!
Кори дёрнулась было к поясу, но я перехватил её руку на половине пути, и не позволил схватить меч.
— Пусти! — она яростно дёрнулась. — Эта тварь! Я её помню! Она нас сбила! Как её!.. Крысана, вот!
А вот теперь Кирсана точно обиделась бы. Если бы была в сознании.
— Да, это она, — кивнул я, перехватывая вторую руку Кори. — Ты совершенно права.
— Пусти! Я её убью!.. — Кори пыхтела и пыталась вырвать руки, но я держал крепко.
— Не пущу, — спокойно заявил я, глядя на то, как краснеют от гнева её щеки. — Сейчас она — спасённый по сигналу «мейдей» человек. Она не капитан эсминца. Эсминца, судя по всему, вообще больше нет.
— И это, кстати, странно… — капитан поджал губы. — Если эсминца нет, то почему она в спасательной капсуле? Там вроде другая система эвакуации предусмотрена… Нет?
Да. Система эвакуации на боевых кораблях Администрации тоннажем выше среднего действительно была другая. Администрация, как суровая и расчётливая структура, делала ставку на высший командный состав, а остальные — как получится. Поэтому на эсминце класса «Санджи» было несколько десятков спасательных капсул, но они все предназначались для линейного персонала. Капитан и первые офицеры, составляющие командование корабля, и обычно не выходящие за пределы мостика, в критической ситуации должны были быть спасены этим самым мостиком. Говоря откровенно, мостик это и сам по себе был космическим кораблём, причём очень быстроходным за счёт своей массы. В критической ситуации, по велению капитана, он должен был загерметизироваться, отстрелиться от эсминца и на полной скорости полететь к ближайшему спейсеру, после чего совершить прыжок в систему, случайно выбранную из нескольких десятков заложенных в память, и только после этого заглушить двигатели и лечь в дрейф, транслируя при этом всё тот же сигнал «мейдей». Это всё делалось автоматически, даже без участия команды. Капитан просто нажимал две кнопки и — айда-пошёл.
Конечно, на любой стадии полёта корабля-мостика управление можно было перехватить и перевести в ручной режим, например, чтобы не болтаться в космосе, излучая аварийный сигнал, а сразу же пристыковаться к ближайшему кораблю или структуре… Но конструкторы всей этой системы исходили из допущения, что раз мостик понадобилось отстрелить — значит с высокой долей вероятности командный состав не в состоянии управлять им вручную.