Глава 1. В ожидании ужасной тёти
– Антон, ты уже ответственный и взрослый, – сказала мама.
Антошка вздохнул. Ничего хорошего такое вступление не обещало. Или будет головомойка за безответственность, или предстоит какое-то ответственное дело. А это хуже любой головомойки.
Так и оказалось.
– Папа уехал в командировку, – напомнила мама. – А у меня путёвка в санаторий, в Саки. Аня в экспедиции.
Тут бы обрадоваться. Во-первых, тому, что мама поедет в санаторий – давно собиралась, всё откладывала и откладывала. Во-вторых, неделю, целую июньскую неделю, до возвращения папы, в квартире Антон будет один. Интересное приключение.
Но мама говорила таким тоном, что Антошка понял: конфетка с горькой начинкой.
– К нам приезжает тётя Люба из Саратова всего на шесть дней. Ты должен завтра встретить её на Павелецком вокзале в 16:30.
– Всего на шесть дней, – прошептал Антошка, вложив в шёпот столько печали и сарказма, сколько смог.
Горькая пилюля была с добавкой.
– С ней будет Славик, он вроде бы на год младше тебя. И Леночка, она, кажется, перешла в восьмой.
– Мамочка, – с печальной надеждой спросил Антошка, – может, вроде бы, кажется, всё это ложная информация и тётя не приедет?
– Нет, – вздохнула мама, – она позвонила из поезда. Антон, я сделаю котлеты на три дня, приготовлю им постельное бельё. Оставлю транспортную карту для тёти. Тебе нужно будет только принять гостей. Тётя Люба не была в Москве двенадцать лет, а Славик вообще ни разу. Ты расстроен? У тебя, кстати, не запланированы на эти дни эксперименты с хронокомпасом?
Антошке хотелось ответить: да, как раз на завтра. Военно-историческое общество попросило его выяснить, сколько стрел в минуту выпускал английский лучник – шестнадцать или только двенадцать? Ещё не решили, на каком поле битвы лучше подсчитать: при Креси или при Азенкуре.
Но нельзя же так жестоко шутить с мамой!
– Мама, чесслово, я встречу, приму и развлеку тётю Любу, братика Славика и сестричку Леночку. Хочешь, пообещаю не уходить с перрона, пока обратный поезд не отъедет?
– Можешь не обещать, – улыбнулась мама и притянула к себе Антошку. Обняла. Казалось, хотела спросить ещё раз про хронокомпас, но не стала.
– Ладно, займусь котлетами, – сказала она.
– А я пробегусь с Бланом. Заодно подумаю о том, какой я взрослый и ответственный.
* * *
Большинство собак не любят бегать. Даже если обогнали хозяина-бегуна, делают два-три круга, забегают вперёд, потом возвращаются и садятся, высунув язык: «Хозяин, хватит, давай дальше шагом!»
Блан – исключение. Бегать ему нравилось больше, чем ходить. Точнее, бегать привычнее, чем шагать. Больше половины своей прошлой жизни он провёл в путешествиях и привык не отставать от коня, идущего рысью. Эту привычку он приобрёл в Средневековье, откуда его вытащил Антошка благодаря хронокомпасу.
Хронокомпас – чёрный футляр весом в полкило и размером с аккумулятор от ноутбука. На поверхности нет никаких кнопок, индикаторов, вообще ничего, что случайно нажимается и повреждается, – всё внутри. Снаружи лишь ремни-липучки необычной прочности. Проще руку отрезать, чем повредить такой крепёж. Одна из многочисленных программ – мощная лингвоматрица, позволяющая уже через пять – десять минут после начала контакта понимать незнакомый язык, а через несколько часов и говорить на нём. Очень полезная функция, потому что в тех краях, куда Антошку заносило, прежде всего нужно было убедить собеседников не отрезать руку вместе с Прибором.