– Мой жених красив и смел. Ум моего жениха быстрый, как конь, и меткий, как выстрел из лука, а память крепче стали. Я никогда не встречала мужчин с таким храбрым сердцем, как у моего Алёши.
– И, кроме того, твой муж никогда не убежит от тебя, – раздался чей-то голос.
Аюна будто впала в задумчивость. Отошла от Алёши, приблизилась к старейшинам, нагнулась к одному из них. Сняла с пояса камчу, кинулась к противоположному ряду зрителей. Кто-то вскочил, побежал не оглядываясь. Аюна свистом подозвала коня, вскочила в седло и помчалась следом. Догнала, хлестнула с замаха раз, другой, третий… Лупила, пока беглец не скрылся за юртами. Минуты через три вернулась.
– Я обещаю, что тот, кто повторит эти слова про моего мужа, получит втрое больше, чем сейчас получил Тешкил. Кто сомневается в моих словах?
Сомневающихся не нашлось. Аюна опять подошла к гостям, поклонилась Ване.
– Стольник-воевода Иван Самойлович, ты не против, если Алексей Фёдорович станет моим мужем? Наши сыновья будут служить московскому царю, а моим дочерям будет легко выйти замуж за русских. И если в остроге попадётся нечестный подьячий, то Алёша не позволит ему обмануть нас и взять больше ясака, чем мы должны.
– Так и будет, – подтвердил Алёша. – Иван Самойлович, отпустишь со службы?
– Куда деваться-то? – сказал немного растерянный воевода. – А с верой-то как?
– Я решила принять крещение, – сказала Аюна. – Алёша помог мне понять вашего Бога лучше, чем ваши шаманы в длинных тэрлигах. Ваша вера о том, что нужно вступать в бой даже тогда, когда нет надежды на победу.
Воевода с удивлением посмотрел на Аюну и Алёшу, пытаясь понять эту богословскую мысль. Не смог, махнул рукой, сказал:
– Ну, тогда с Богом, свадебка да честной пир.
* * *
«Дашка, прости, что я больше ничего не могу рассказать тебе про свадьбу Алёши и Аюны. Свадьбы как таковой ещё не было, просто большое застолье. Настоящую свадьбу сыграют в остроге, когда мы вернёмся с завода.
Алёша и Аюна провожали нас пару километров. Я заметил, что Алёшка не просто освоился в седле, ему нравится ездить. По моим скромным наблюдениям, бурятские князья основное время проводят на коне и в шатре, а не ходят пешком. А что он не пользуется стременами, так ими не пользовались и римляне.
Мы очень душевно попрощались. Аюна благодарила меня за показанные приёмы, Алёша за рассказы. Они долго смотрели нам вслед. Пожалуй, следующее прощание будет уже не нужно. Я очень хотел бы увидеть русско-бурятскую свадьбу. Но она не завтра, а я, похоже, загостился.
Теперь расскажу про серебро. Увидеть в музее старинные чаши и подносы, монеты, подсвечники может каждый. А я видел, как для них выплавляют металл!
О дороге на завод рассказывать нечего. Впрочем, нет. Когда я ехал первый раз, то старался не выпасть из седла. Сейчас смог посмотреть по сторонам. Наконец-то разглядел каньон на берегу Аргуни. Тем более прошлый раз он было завален, а сейчас казаки уже расчистили проезд для телег. Это просто какая-то съёмочная площадка: узкая дорога, по бокам ещё более узкие ущелья. С гор стекает вода: ручьи, небольшие водопады. И ведь, наверное, дорога сохранилась. Мы когда-нибудь слетаем в Забайкалье и всё увидим. Если до той поры не поссоримся.