Дорогая была молчаливой, а вокруг не было ни одного деревца. Сплошной выжженный пустырь. Возвращаться к этим воспоминаниям Власта не хотела, просто надеялась быстро разделаться с заданием и забыть о нём, как о страшном сне. С корнем вырвать всю боль и обиды! Она уже смирилась с одиночеством, заменила человеческое тепло треском печки, а теперь снова вынуждена вспоминать ЕГО. Женщина раздумывала о своей молодости. Яркой, насыщенной, полной приключений и любопытства. И пусть в школе Власта не была популярной, мальчишки не дёргали её за косу и не звали погулять после школы, болезненную любовь не получилось обойти стороной. Тогда Власте было чуть за двадцать. Она уже во всю охотилась и перестала думать, что найдёт того, с кем проведёт остаток жизни. Лес стал её спутником. А потом появился он…
Торговец из соседнего города. Он не был похож на деревенского мужика — красиво говорил, был вежлив и учтив, его улыбка могла разгонять грозовые облака, а яркие голубые глаза сияли, как два алмаза. Высокий, статный, одетый в новомодный тулуп. Раз в неделю он приезжал в деревню, где жила Власта. Приходил на рынок, скупал шкуры, никогда не скупился на комплименты и щедро платил, отчего сердце юной девушки не могло не дрогнуть. «Какие чудесные шкурки! И хозяйка у них – настоящая таёжная царица!», — говорил он.
Последний раз Власта видела его на автобусной остановке. Поздняя осень, дождь, слякоть. Он попрощался, сел в автобус и уехал навсегда. «Ну чего ты плачешь, дурочка? Тебе будет лучше без меня, ты научишься быть самостоятельной, и, может быть тогда, судьба сведёт нас ещё раз. Прощай, моя нежная Власта!», — его последние слова въелись в память. Власта ещё долго ждала его, каждую неделю приходила на рынок, расспрашивала о нём местных торговок, но так и не смогла ничего узнать.
Зато в душе навсегда поселился стыд за глупые надежды и нежность, что была высмеяна и растоптана.
Его силуэт Власта узнала сразу. Он стоял, прислонившись спиной к столбу с дорожным знаком. В отличии от силуэта школьной подруги, мужчина выглядел абсолютно уверенным и спокойным. Он не дрожал, не трясся, лишь размеренно покачивался из стороны в сторону, горделиво задирая подбородок.
— Моя милая охотница! — окликнул он Власту. Бархатный, такой манящий голос, похожий на паутину, из которой невозможно выбраться. — Заблудилась? Или выслеживаешь медведя в наших краях?
Власта была готова упасть к его ногам, остаться на этой автобусной остановке навсегда, лишь бы не расставаться со старыми чувствами, нахлынувшими вновь. Она так хотела быть любимой… Жаждала услышать, как из уст прошлой любви льются реки комплиментов. И что, что раньше они смешивались с грязью и оскорблениями? Прошло столько времени, он наверняка изменился. «Он вернулся! Он увидел, какой сильной я стала…», — девочка внутри, та самая, брошенная и обманутая, рыдала от надежды. Фигура приблизилась и протянула руку, надменно поглаживая Власту по подбородку. Она не видела его, но чувствовала, как он пронзительно смотрит на неё сверху вниз, хитро улыбаясь, как дикий лис, загнавший зайку в угол.