А вот сдыхать Пастырь не собирался. Уж чего-чего, а этого не собирался точно. Он каким-то непонятным образом перекрутился вокруг своей оси, ужался и сгорбился. Уцелевшие пластины заняли место поврежденных, откуда-то изнутри тела поднялась…ну, наверное чешуя, укрывшая оставшиеся незащищенным места. Успевшие добежать твари прикрыли своего лидера с флангов и с тыла, свой же покров он преобразовал в щит, направленный в сторону Веттского. Щит, как оказалось, кроме изменившейся формы поменял и свойства — Пастырь изучил атаки барона, адаптировался к ним и приспособился — теперь огненные техники гасли, словно стылость Разлома выпивала их мощь. Ну а чистой кинетикой уработать подобного монстра было задачей со звездочкой даже для бойца высокого уровня. Ну, то есть задачей сложной — но решаемой.
Барон, как оказалось, тоже умел удивлять. Он не стал пытаться продавить, проломить щит. И обойти его тоже не пытался. Он его перепрыгнул. Прыжок на три с лишним метра в высоту и два с лишним — в длину в исполнении лосяры хорошо за два метра ростом и в полном латном доспехе… Ну, что Система водила в кино матушку физики, химии, биологии и здравого смысла, я и так знал — но картинка впечатляла. Еще и тем, что огневик явно умел, любил и практиковал ставить очко на зеро. Извернувшись в полете, он стянул всю пламенную пленку с доспеха в клинок, усилив и без того невероятное сияние до чуть ли не звездных температур — и вбил на треть длины туда же, где все еще торчал мой наконечник. Недаром тварь берегла это место, я и сам прикидывал как-бы до него достать…а барон не думал, он прыгал. Пламя стекло с лезвия, влившись во внутренности Пастыря. Костяной доспех вспыхнул изнутри, каждая трещина, каждый стык на миг налился оранжевым сиянием, словно лава из трещин извергающегося вулкана. Красиво. Страшно, особенно с учетом того, что вообще ни разу не факт, что барон считает мня союзником — но все равно красиво. Пастырь сложился, сустав за суставом — а у него их было реально много — осел кучей жженых костей и закончился. Его метка, дыра в моем восприятии, которая трепала мне нервы не один день, погасла. И одновременно с этим, на самом краю лагеря, рванула в сторону болота еще одна очень странная метка. Прямо на ходу растворяясь, сливаясь с фоном и теряя четкость. Ну, сама же сказала, что рано.
Но это уже была проблема меня-из-будущего, причем при условии, что это будущее будет. А пока нужно было решать более актуальные проблемы. Управляющий центр был повержен — но твари остались. Сотни полторы минимум, где-то поровну бесов и бесенят, хорошо хоть латников всего двое…зато бонусом к ним какая-то неведомая гребаная херня, явно немалых размеров. И вся эта масса не разбежалась, не застыла, не перешла даже под командование следующей по старшинству особи — она просто взбесилась. Перешла в режим берсерка, окончательно отбросив и так отсутствующий инстинкт самосохранения. Без дирижера, без замысла, без строя — но с удвоенной силой и утроенной яростью серо-бордовый прибой хлынул на людей. Часть — на гвардейцев барона, часть на него самого, даже мне пришлось завалить парочку, и еще парочку — совместно с новым бородатым знакомым. Но вот немалая часть, включая гиганта — поперли по направлению к загонам, в том числе с моими…друзьями? Да, друзьями.