Понятно, что обыск был неполным. Кабинет Сергея Аполлоновича наверняка таил еще множество нужных мне тайн и секретов. Но сейчас я узнал достаточно, чтобы начать действовать.
Еще раз окинул взглядом комнату, чтобы убедиться, что все вещи стоят на своих местах. Достал из кармана тряпочку, протер чернильницу, латунные ручки письменного стола, ручку двери. Возможно, это была ненужная предосторожность, но все же…
Я задул свечу, от которой почти ничего не осталось.
Подождал некоторое время, чтобы дать горячей жидкости застыть.
И двинулся в обратный путь.
Убрал из-под двери свернутое одеяло.
Почти не дыша отодвинул задвижку. Приоткрыл дверь и прислушался.
В доме царила тишина. Ни звука, ни шороха. Даже шепотков Маруси и ее таинственного любовника слышно не было.
Вставил ключ в замочную скважину, повернул на два оборота. Извлек ключ.
От напряжения плечи уже ныли, а пальцы слушались все хуже. Тихий звон тяжелой связки ключей звучал, казалось, настолько громко, словно кто из пушки стрелял.
После каждого звука я замирал, готовый немедленно прижаться к двери.
Однако обошлось.
Ступая по краю мягкой ковровой дорожки к лестнице, я обдумывал свои дальнейшие действия.
Прежде всего, мне следовало также узнать, получена ли страховая выплата. Это был важный момент в деле доктора, от этого зависело очень многое. Если выплата уже получена, то акт освидетельствования становится мошенническим документом с целью получения выгоды.
Если же нет, то…
Предательски скрипнула половица. Я снова замер. До лестницы оставалось всего несколько шагов.
В глубине коридора тихо открылась дверь. Под прикрытием этого звука я быстро пробежал остаток коридора и спустился вниз.
Замер, прислушиваясь. Отблески свечного пламени, тихие шаги.
Удачно тебе добраться до своей постели, Маруся.
Крадучись, я вернулся к каморку экономки. Нащупал нужный ящик, приподнял стопку тряпочек и аккуратно положил связку ключей на место. Закрыл ящик.
Перевел дух. Сосчитал мысленно до десяти.
Осталась финишная прямая — вернуться в свою комнату и лечь спать. Следовало, конечно, записать по горячим следам всю новую информацию. Но от моей свечи ничего не осталось.
Так что придется отложить это ответственное дело до рассвета.
А завтра первым делом сходить к Егору Савельичу, купить у него новую свечу. И обзавестись коробком нормальных спичек, которые не так легко загораются, конечно, но и не распространяют вокруг себя удушающий серный дух.
«По всему выходит, что эти „кукловоды“ не просто наладили здесь свой криминальный мирок, — подумал я, лежа с открытыми глазами. — Они как будто что-то готовят. Что-то более масштабное, чем подсаживание местных купцов на долги и выкруживание чужого имущества…»
Это пока были только догадки. Как будто кусочки информации вдруг начали складываться не просто в цельную картину, а предстали частью чего-то большего…
«Главное не забыть эти мысли после пробуждения, — подумал я. — Кроме того, если мои догадки верны, то результат сегодняшнего разговора Александра Сергеевича с Кузнецовым становится не просто важным, а чертовски важным!»