К Котлину подошли ночью. Ночь была уже настоящая, южнее белых. Форты на островах чернели, с огнями на углах, а между ними, на воде, горели два огня, красный над белым.
— Створ, — сказал капитан. — Ахти, на нос. Гриша, лот. Господа, сесть и молчать, кто где сидит.
Мы сели и молчали. Форты прошли слева и справа, темные; в одном, у самой воды, кто-то поднял фонарь и опустил.
[Дом уже близко, милый. Я вас чувствую. Ася, Сема, Варя, все трое, будто вы уже в дверях.]
Грозов открылся утром. Гавань, краны, знакомая стенка яхт-клуба. Мы пришли туда же, откуда уходили, только загорелые и с пустым бочонком. Я рассчитался с капитаном на корме, Вяльцев пересчитал, сунул в карман и подал мне руку.
— С невестой, — сказал он.
Извозчиков взяли трех. Наш свернул на Тихий канал. Лавка встретила нас дверью, открывшейся раньше, чем я коснулся ручки.
[Ну наконец-то! Заходите. Все, все заходите, я вас так ждала!]
Вечером дом разошелся по комнатам раньше обычного. Ася с Семой ушли первыми, Азалия унесла к себе с яхты мешок камней, собранных на пляже, Зоя спустилась проверить свой зал и не поднялась обратно, видимо, оставшись в мастерской, Хоня устроился на площадке лестницы, мордой к нашим дверям.
Мы с Варей дошли до нашей двери, вошли.
[Погодите. Оба. Мне нужно вам сказать одну вещь.]
Варя замерла.
[Варя. У меня есть возможность сделать тебя младшей хозяйкой. Ты будешь чувствовать меня, как он чувствует: где я, что со мной, тепло ли мне. Ману в стенах будешь чувствовать. Я тебя буду чувствовать всегда, а не только через маячок. Все, что у него, будет и у тебя. Кроме одного: приказывать мне ты не сможешь. Это сможет только он.]
— Недостаток так себе, — сказал я. — Я тебе за все время ни разу ничего не приказал.
[Это правда, ты у меня очень хороший и очень вежливый.]
— А почему только сейчас? — спросила Варя.
[Потому что раньше я не была полностью уверена в том, что это всерьез, уж извините, а это очень тонкая тема. К тому же я не могу взять вторым хозяином кого захочу. Нужно, чтобы за тебя поручился он. Не словами, милый, не кивай, не ртом. Душой. А душа поручится, только если вы двое одной породы. Родственные. Если нет, ничего не выйдет, я просто не дотянусь.]
— То есть если не получится… — сказала Варя.
[То не получится. Это будет значить, что вы не родственные души. Я не хочу тебя пугать, но так и есть.]
— Я согласен, — сказал я. — Душа, по моим понятиям, вещь тонкая и к делу не относящаяся. Кого любить, я решаю не ею, а всем остальным, и если у тебя, Лад что-то не сойдется, я все равно буду любить Варю.
Варя молчала долго, глядя на дверь.
— А если не выйдет, — сказала она наконец, не Лавке, а мне, — ты что-нибудь во мне разлюбишь?
— Нет.
— Я так и думала. Я тоже согласна. Только по другой причине. Я просто знаю, что мы родственные. Так что мне не о чем волноваться.
[Тогда ложитесь. Оба, рядом. Расслабьтесь и ничего не делайте. Это займет время.]
Мы легли на мою кровать поверх одеяла, не раздеваясь. Я погасил лампу. Варя нашла мою руку и сжала.
— А мне что делать? — спросила она в темноту.