Глава 4 продолжение 7
Ожидая пока недовольные концовкой познавательного спора офицеры разойдутся по местам, Семенцов закурил сигарету , глубоко затянулся , выпустил густой клуб табачного дыма и спросил, внимательно глядя на чеченца :
— Шамиль! как здоровье твоего дядюшки, Секретаря Чечено-Ингушского обкома партии, уважаемого Мовлади Басаева?
— Дядя здоров и скоро приедет в Нахичевань по обмену опытом во главе делегации.
— Прекрасно! буду рад с ним познакомиться. Не забывай мои заботы.
— Само собой ! Я обязательно вас представлю .
— Хорошо. Готовься к маршу и угрозы парторга не бери в голову.
Колонна выстроилась и своевременно двинулась в путь. Повара уже успели вымыть котлы и заложить в них продукты для приготовления на ходу обеда. До "Сольпрома", конечной точки, было рукой подать от района сосредоточения, но армейский стратег Махнович , для серьёзной проверки боеготовности дивизиона , приказал двигаться по окружной дороге : по горам , через ущелья и перевалы. "Плоское катать, круглое носить" — шутили офицеры. Первые 20 километров , вдоль горной речки до развилки дорог, техника преодолела благополучно, но когда повернули на Запад , начался крутой подъём и изношенные двигатели артиллерийских тягачей стали перегреваться. Машины еле тянули свои орудия и Семенцов приказал личному составу, кроме водителей, покинуть технику и двигаться по обочинам дороги. В ходе этого не весёлого марша вылетавшими из под колёс камнями были ушиблены 6 солдат и 2 офицера. Один из них , замполит Багдасарян, получил лёгкое сотрясение мозга. Удар булыжником был сильным , но стальной шлем спас жизнь политработника. Правда продолжить путь ему пришлось в кузове грузовика. Наконец через 3 часа достигли армянского села Азнабюрд. Оно располагалось на высоком всхолмлении , засаженном тутовыми деревьями и виноградниками. Сложенные из розового туфа дома с черепичными крышами выглядели намного приличнее саманных азербайджанских хибар и люди здесь были более приветливыми.
Глава 4 продолжение 8
Они радушно встречали войсковую колонну , видя в советском воинстве своего защитника . Семенцов, во избежание всеобщей пьянки , приказал двигаться безостановочно, но многие офицеры этим приказом пренебрегли и успели запастись спиртным из местного продмага. За селом дорога резко пошла вниз на Юг. Заняв места по машинам, воины проехали ещё километров пять и в лощине , среди зарослей ксерофитовых кустарников, командир дивизиона наконец приказал сделать привал для осмотра и ремонта техники. Зеленела молодая травка , весело журчал родниковый ручей и воинство получило возможность напиться и смыть с лиц походную грязь. Тыловики, пользуясь случаем, стали раздавать приготовленный на ходу умелыми поварами обед : кислые армейские щи и гречневую кашу с мясом. Это неплохо подняло настроение артиллеристов, сильно уставших от бессонной ночи и поездки по крутым горам. Даже техника, остывшая на прохладном ветерке, заработала бодрее и колонна через час двинулась в путь. Командир опять приказал двигаться безостановочно — поджимало время. Предстояло ещё засветло прибыть на полигон , а там занять и оборудовать огневые позиции. Длинная колонна спускалась с гор быстро и весело , но приближающаяся почти лунная равнина не могла радовать — зелёные горные кущи быстро кончались , а им на смену выползал чрезвычайно унылый пейзаж : серая солончаковая , каменистая пустыня , безводная и почти безжизненная. Не видно было на ней ни кустика , ни деревца и только чёрные стальные мачты заброшенной подвесной железной дороги уходили с гор далеко за горизонт, да валялись ржавые, гнилые вагонетки, похожие издали на больших черепах. В кузове приписанного к взводу связи автомобиля ЗИС — 150, загружённом катушками с телефонным кабелем , кое-как сидели четверо солдат в стальных шлемах. Старшим в кабине теперь восседал слегка контуженный майор Багдасарян и подрёмывая мрачно таращился на дорогу. Казалось бы все неприятности были позади. Хитроватый сержант Мирзоян развлекал связистов анекдотами. Один из них стоит привести : "По асфальту скачет трусцой облезлый ишак . На нём лихо сидит Мамед в лохматой папахе, а сзади , держась за хвост "резвого скакуна" бежит женщина в калошах и драной чадре. На встречу этой замечательной парочке едет на другом ишаке знакомый "джигита" Мустафа, который останавливается и спрашивает : "Куда мчишься, дарагой?" Мамед поправляет папаху и отвечает : "Ты, что сам не видишь? Жену в роддом везу". После этого анекдота воины долго "ржали". Мирзоян хотел ещё что-то добавить, но вдруг схватился за живот и побледнел :